Обращение к сайту «История Росатома» подразумевает согласие с правилами использования материалов сайта.
Пожалуйста, ознакомьтесь с приведёнными правилами до начала работы

Новая версия сайта «История Росатома» работает в тестовом режиме.
Если вы нашли опечатку или ошибку, пожалуйста, сообщите об этом через форму обратной связи

История атомных электростанций /

Обнинская АЭС

Пер­вая в мире атом­ная элек­тро­станция, запущена в промыш­лен­ную экс­плу­а­тацию. Рас­по­ложена в г. Обнин­ске (Калуж­ская обл.). На станции действо­вал один энерго­блок с реак­то­ром АМ-1 мощ­но­стью 5 МВт. Начало стро­и­тельства — январь 1951 г., начало экс­плу­а­тации — 27 июня 1954 г. В апреле 2002 года выве­дена из экс­плу­а­тации.

Впер­вые темы атом­ной энерге­тики и энерге­ти­че­ских реак­то­ров стали появ­ляться в докумен­тах совет­ского атом­ного про­екта в 1946 году. В конце 1946 года — начале 1947 года уче­ный-сек­ре­тарь НТС ПГУ Б. С. Позд­ня­ков на основе выпол­нен­ных в СССР работ и ана­лиза мате­ри­а­лов, опуб­ли­ко­ван­ных в зару­беж­ной печати, подго­то­вил записку «Энерго­си­ло­вые уста­новки на ядер­ных реакциях». 24 марта 1947 года, рас­смот­рев ее, Научно-тех­ни­че­ский совет ПГУ, глав­ный коор­ди­ни­рующий и экс­перт­ный орган по научно-иссле­до­ва­тельским рабо­там в рам­ках совет­ского атом­ного про­екта, поста­но­вил, что «в насто­ящее время сле­дует при­ступить к научно-иссле­до­ва­тельским и подго­то­ви­тель­ным про­ект­ным рабо­там по исполь­зо­ва­нию энергии ядер­ных реакций для энерго­си­ло­вых уста­но­вок, имея в виду заблаго­временно подго­то­вить раз­ви­тие работ в этом направ­ле­нии».

17 апреля 1947 года появи­лось письмо М. Г. Перву­хина, И. В. Кур­ча­това и А. П. Заве­нягина, адре­со­ван­ное Л. П. Берия, о пер­спек­тиве исполь­зо­ва­ния атом­ных энерго­си­ло­вых уста­но­вок. В этом письме ста­вился вопрос о раз­реше­нии при­ступить к раз­ра­ботке про­ек­тов элек­тро­станции, само­ле­тов и мор­ских судов с исполь­зо­ва­нием энергии ядер­ных реакций.

Важ­ной вехой в исто­рии пер­вой АЭС стало созда­ние в 1946 году Лабо­ра­то­рии «В» МВД СССР — научно-иссле­до­ва­тельской орга­ни­за­ции по раз­ра­ботке энерге­ти­че­ских реак­то­ров. Прак­ти­че­ски сразу спе­ци­а­ли­сты Лабо­ра­то­рии «В» при­ступили к изу­че­нию возмож­но­сти созда­ния «ура­но­вой машины с обогащен­ным ура­ном и лег­кой водой, …дающей энергию в тех­ни­че­ски при­ме­нимом коли­че­стве».

В октябре 1949 года, после успеш­ного испыта­ния совет­ской атом­ной бомбы, уче­ные А. И. Лейпун­ский, Д. И. Бло­хинцев и А. Д. Зве­рев пере­дали руко­вод­ству Пер­вого глав­ного управ­ле­ния записку, в кото­рой обращали внима­ние на необ­хо­димость «шире раз­вить работы по раз­лич­ным энерге­ти­че­ским системам с целью их сопо­став­ле­ния и выбора наи­бо­лее эффек­тив­ных путей». Они счи­тали возмож­ным начать в Лабо­ра­то­рии «В» работы по реак­то­рам на быст­рых и промежу­точ­ных нейтро­нах и др.

Вме­сте с тем у нового направ­ле­ния науки и тех­ники были и про­тив­ники. Так, С. М. Фейн­берг, началь­ник тео­ре­ти­че­ского сек­тора Лабо­ра­то­рии № 2 (ЛИПАН СССР) и впо­след­ствии руко­во­ди­тель про­екта Пер­вой в мире АЭС, в записке «Атом­ная энергия для промыш­лен­ных целей» от 4 ноября 1949 года, про­ана­ли­зи­ро­вав раз­лич­ные вари­анты исполь­зо­ва­ния «атом­ных двига­те­лей», при­шел к выводу, что на дан­ный момент стро­и­тельство атом­ных элек­тро­станций эко­номи­че­ски неце­ле­со­об­разно и сле­дует преду­смот­реть полу­че­ние элек­троэнергии на промыш­лен­ных реак­то­рах.

В фев­рале 1950 года И. В. Кур­ча­то­вым и Н. А. Дол­лежа­лем на совеща­нии в ПГУ при СМ СССР под руко­вод­ством Б. Л. Ван­ни­кова были доложены результаты поис­ко­вых иссле­до­ва­ний и кон­струк­тор­ских работ по вари­ан­там атом­ной элек­тро­станции, а 16 мая 1950 года вышло пер­вое Поста­нов­ле­ние пра­ви­тельства о сооруже­нии в районе нынеш­него г. Обнин­ска экс­пе­римен­таль­ной уста­новки полу­промыш­лен­ного типа — агрегата «АМ». В нем, в част­но­сти, было предпи­сано: «При­нять пред­ложе­ние ПГУ об орга­ни­за­ции работ по изыс­ка­нию исполь­зо­ва­ния атом­ной энергии для мир­ных целей в направ­ле­нии раз­ра­ботки теп­ло­вых энерге­ти­че­ских уста­но­вок с обогащен­ным ура­ном и с тремя типами реак­то­ров».

В основу поста­нов­ле­ния легли выводы и пред­ложе­ния отчета, содержащего пред­ва­ри­тель­ные про­ект­ные мате­ри­алы по реак­тору, физи­че­ские рас­четы П. Э. Неми­ров­ского (ЛИПАН СССР) и теп­логид­рав­ли­че­ские — П. И. Алещен­кова (НИИ­химмаш). В отчете пред­лага­лось постро­ить реак­тор теп­ло­вой мощ­но­стью 30 МВт, что обес­пе­чи­вало бы работу тур­бо­ге­не­ра­тора мощ­но­стью 5 МВт. Такой тур­бо­ге­не­ра­тор, сде­лан­ный еще в начале XX века герман­ской фирмой MAN, как уда­лось уста­но­вить, имелся в нали­чии на МОГЭС и не исполь­зо­вался (впо­след­ствии экс­плу­а­таци­он­ники лас­ково назы­вали тур­бину «Маня»).

29 июля 1950 года началь­ник «Гид­ро­сек­тора» Н. А. Дол­лежаль был утвер­жден руко­во­ди­те­лем работ по раз­ра­ботке новых типов энерге­ти­че­ских и сило­вых атом­ных уста­но­вок, дирек­тор Лабо­ра­то­рии «В» Д. И. Бло­хинцев — его заме­сти­те­лем по физи­че­ским вопро­сам, началь­ник ОКБ «Гид­ропресс» Б. М. Шол­ко­вич — по инже­нер­ным вопро­сам. Науч­ное руко­вод­ство про­ек­том оста­лось за ЛИПАН. Стро­и­тель­ным про­ек­том будущей атом­ной элек­тро­станции стал заниматься ГСПИ-11 (ВНИПИЭТ, г. Ленинград), имеющий опыт про­ек­ти­ро­ва­ния промыш­лен­ных реак­то­ров на предпри­я­тиях ПГУ. Раз­ра­ботка про­екта энерге­ти­че­ской части теп­ло­си­ло­вой уста­новки была в даль­нейшем пору­чена Все­союз­ному теп­ло­тех­ни­че­скому инсти­туту им. Ф. Э. Дзержин­ского.


Выбор

В авгу­сте 1950 года на совеща­нии под руко­вод­ством И. В. Кур­ча­това, после рас­смот­ре­ния дан­ных по про­екту реак­тора и вари­ан­тов тех­но­логи­че­ских схем станции, при­нима­ется реше­ние о реа­ли­за­ции двух­кон­тур­ной схемы отвода тепла от реак­тора. В каче­стве топ­лива берется обогащен­ный до 3-5% уран в коли­че­стве 300 кг (для срав­не­ния, в пер­вом промыш­лен­ном реак­торе «А» про­ек­том преду­смат­ри­ва­лась загрузка 120-150 тонн урана). Такое реше­ние обос­но­вы­ва­лось огра­ни­чен­но­стью «ресур­сов расщеп­ляющихся мате­ри­а­лов», а также тем, что важ­нейшей зада­чей про­екта явля­ется «принци­пи­аль­ное под­твер­жде­ние …прак­ти­че­ской возмож­но­сти пре­об­ра­зо­ва­ния тепла ядер­ных реакций атом­ных уста­но­вок в меха­ни­че­скую и элек­три­че­скую энергии».

В декабре 1950 года кон­струк­то­рами «Гид­ро­сек­тора» был выпущен эскиз­ный про­ект реак­тора и теп­ло­вой части АЭС. При этом в целях уско­ре­ния раз­ра­ботка велась исходя из тре­бо­ва­ния доста­точ­ного резер­ви­ро­ва­ния площа­дей и мощ­но­стей вспомога­тель­ных систем, кото­рые должны были обес­пе­чить возмож­ные вари­анты схемы и обо­ру­до­ва­ния в рам­ках пред­ва­ри­тельно утвер­жден­ных основ­ных харак­те­ри­стик.

Реак­тор полу­чил обо­зна­че­ние «АМ», кото­рое впо­след­ствии расшиф­ро­вы­вался как «Атом Мир­ный». По иному мне­нию, это была аббре­ви­а­тура «Атом Мор­ской», так как изна­чально реак­тор был состав­ной частью про­екта созда­ния атом­ной под­вод­ной лодки.

В про­екте теп­ло­вая мощ­ность реак­тора была при­нята рав­ной 30 МВт, диаметр актив­ной зоны — 1,5 м, кампа­ния реак­тора на номи­наль­ной мощ­но­сти — 120-140 суток. Согласно рас­че­там, загрузка топ­лива опре­де­ля­лась уже в 500-600 кг, а его обогаще­ние под­лежало даль­нейшему уточ­не­нию при раз­ра­ботке тех­ни­че­ского про­екта реак­тора в зави­симо­сти от выбора окон­ча­тель­ной кон­струкции и компо­зиции теп­ло­вы­де­ляющих элемен­тов.

В начале 1951 года по итогам рас­смот­ре­ния эскиз­ного про­екта реак­тора и тех­но­логи­че­ской схемы уста­новки было выдано зада­ние про­ект­ным орга­ни­за­циям на раз­ра­ботку окон­ча­тель­ной теп­ло­вой схемы атом­ной элек­тро­станции, выбор основ­ного и вспомога­тель­ного обо­ру­до­ва­ния, цир­ку­ляци­он­ных насо­сов, паро­ге­не­ра­то­ров, компен­са­то­ров дав­ле­ния и т.п., а также на раз­ра­ботку стро­и­тельно-мон­таж­ных чер­тежей АЭС.

В июне 1951 года по поста­нов­ле­нию СМ СССР научно-тех­ни­че­ское руко­вод­ство про­ек­том сооруже­ния Пер­вой АЭС было пере­дано Лабо­ра­то­рии «В», ответ­ствен­ными за сооруже­ние АЭС назна­чаются руко­во­ди­тели Лабо­ра­то­рии «В» Д. И. Бло­хинцев (науч­ное руко­вод­ство) и П. И. Заха­ров (стро­и­тельство). Тогда же все про­ект­ные мате­ри­алы по реак­тору «АМ» пере­даются из ЛИПАН в Лабо­ра­то­рию «В». Таким обра­зом, с этого времени Лабо­ра­то­рия «В» ста­но­вится и заказ­чи­ком, и науч­ным руко­во­ди­те­лем всех после­дующих раз­ра­бо­ток по про­екту Пер­вой АЭС. Глав­ным кон­струк­то­ром реак­тора оста­ется «Гид­ро­сек­тор», общий про­ект АЭС раз­ра­ба­ты­ва­ется Ленинград­ским ГСПИ-11, паро­ге­не­ра­торы — ОКБ «Гид­ропресс».


Стройка

При­ка­зом началь­ника ПГУ от 8 авгу­ста 1950 года дирек­тор Лабо­ра­то­рии «В» Д. И. Бло­хинцев в рамка стро­и­тельства пер­вой АЭС обя­зы­вался при­ступить к подго­то­ви­тель­ным рабо­там: пере­носу деревни Пят­кино на другую сто­рону реки Протвы, сооруже­нию пло­тины и берего­вой насос­ной станции на реке Про­тве, ТЭЦ, где будет рас­по­ложена тур­бина, зда­ния вентцен­тра с вен­ти­ляци­он­ной тру­бой, под­станции и линии энерго­снабже­ния стройки и др.

Большая открытая площадка на месте бывшей деревни Пят­кино была ого­рожена забо­ром под стро­и­тельство АЭС.

Закладка фун­дамента и сооруже­ние бетон­ных стен зда­ния Пер­вой АЭС по чер­тежам ГСПИ-11 нача­лось в 1951 году — пер­вый ковш земли на стро­и­тель­ной площадке был вынут экс­ка­ва­то­ром в сен­тябре. Стро­и­тель­ные работы велись парал­лельно с раз­ра­бот­кой тех­ни­че­ского и рабо­чего про­ек­тов атом­ной элек­тро­станции, что зна­чи­тельно сокра­тило сроки сооруже­ния объекта, но тре­бо­вало форми­ро­ва­ния осо­знан­ного резерва. Если бы стро­и­тельство велось пол­но­стью «по пра­ви­лам», то есть нача­лось после заверше­ния стро­и­тель­ного про­екта, то АЭС вступила бы в строй на несколько лет больше.

Зда­ние в важ­нейших своих частях имело тол­стые стены из желе­зо­бе­тон­ного моно­лита, чтобы обес­пе­чить био­логи­че­скую защиту от ядер­ного излу­че­ния. В стены закла­ды­ва­лись тру­бопро­воды, каналы для кабеля, для вен­ти­ляции и т.п. Учи­ты­вая сжа­тые сроки, отве­ден­ные на реа­ли­за­цию про­екта, стро­и­тель­ные пере­делки в даль­нейшем были невозможны, поэтому при про­ек­ти­ро­ва­нии зда­ния, по возмож­но­сти, преду­смат­ри­ва­лись запасы с рас­чё­том на предпо­лага­емые изме­не­ния.

Как и многие объекты ПГУ, стро­или Первую АЭС заклю­чен­ные, среди кото­рых ока­за­лось немало хороших масте­ров.

Ход стро­и­тельства объек­тов Пер­вой в мире АЭС нахо­дился под посто­ян­ным кон­тро­лем руко­во­ди­те­лей ПГУ, кура­то­ром всего про­екта выступал Е. П. Слав­ский, в то время заме­сти­тель началь­ника ПГУ.

Тем не менее, ход работ посто­янно отста­вал от плана. О состо­я­нии стро­и­тель­ных работ можно судить по отчету Лабо­ра­то­рии «В» за 1 квар­тал 1952 года, в соот­вет­ствии с кото­рым стро­и­тель­ная готов­ность объек­тов состав­ляла:

  • глав­ный корпус (кот­ло­ван) — 9,4%;
  • казарма со сто­ло­вой для стро­и­те­лей-заклю­чен­ных — 72%;
  • ТЭЦ — 8,9%;
  • желез­ная дорога — 98,5%;
  • берего­вая насос­ная — 0%;
  • четыре 30-квар­тир­ных жилых дома — 82%...

Решающим в стро­и­тельстве стал 1953 год. За срав­ни­тельно корот­кий срок доде­лы­ва­ется, а в неко­то­рых слу­чаях пере­ра­ба­ты­ва­ется прак­ти­че­ски заново про­ект­ная докумен­тация, завершаются стро­и­тель­ные и мон­таж­ные работы, форми­ро­ва­ние и подго­товка экс­плу­а­таци­он­ного кол­лек­тива.

В январе и сен­тябре 1953 года выхо­дят два Поста­нов­ле­ния пра­ви­тельства, касающи­еся станции.

В пер­вом из них отме­чена неудо­вле­тво­ри­тель­ная работа стро­и­те­лей и про­ек­тан­тов, уста­нов­лены ответ­ствен­ность и сроки заверше­ния работ по линии 110 кВ от г. Наро-Фомин­ска, газопро­воду и пр. Сро­ком заверше­ния стро­и­тельно-мон­таж­ных работ и начала пуска АЭС был назван III квар­тал 1953 года.

Однако в результате про­ве­ден­ной экс­пер­тизы состо­я­ния про­екта, выпол­нен­ных допол­ни­тель­ных рас­чет­ных иссле­до­ва­ний, в том числе ава­рий­ных ситу­аций, в процессе выпол­не­ния мон­таж­ных работ были выяв­лены серьез­ные недо­ра­ботки про­екта. В част­но­сти, на осно­ва­нии про­ве­ден­ных в Лабо­ра­то­рии «В» рас­че­тов было при­нято реше­ние допол­нить в неко­то­рых направ­ле­ниях био­логи­че­скую защиту реак­тора и спро­ек­ти­ро­вать спе­ци­аль­ную систему охла­жде­ния ниж­ней сталь­ной плиты и бетон­ного осно­ва­ния. Все это потре­бо­вало сроч­ных и доста­точно зна­чи­тель­ных изме­не­ний и допол­не­ний про­екта.

В конце сен­тября 1953 года выхо­дит вто­рое Поста­нов­ле­ние Пра­ви­тельства, где уста­нав­ли­ва­ется новый срок пуска АЭС — март 1954 года. Стройка названа важ­нейшей в составе Мин­сред­маша.

Мон­таж реак­тора и обо­ру­до­ва­ния был начат в октябре 1953 года, мон­таж­ными рабо­тами руко­во­дил инже­нер В. Ф. Гусев.

Мон­таж­ные работы на Обнин­ской площадке в тот период осуществ­ляли несколько мон­таж­ных орга­ни­за­ций:

  • трест «Спе­ц­химмаш­мон­таж» — мон­таж тех­но­логи­че­ского обо­ру­до­ва­ния и тру­бопро­во­дов;
  • трест «Главпром­строй» — мон­таж стро­и­тель­ных кон­струкций, наруж­ных комму­ни­каций и сан­тех­ни­че­ских систем всех объек­тов;
  • трест «Теп­ло­кон­троль» — мон­таж КИП, авто­ма­тики и элек­тро­тех­ни­че­ских устройств.

Для уско­ре­ния работ кол­лек­тивы мон­таж­ных орга­ни­за­ций были уси­лены спе­ци­а­ли­стами, кото­рые перед этим прошли школу мон­тажа атом­ных реак­то­ров на объек­тах ПО «Маяк».

На вспомога­тель­ных рабо­тах мон­таж­ные под­раз­де­ле­ния исполь­зо­вали и спец­кон­тингент (заклю­чен­ных), но сле­дует отме­тить, что это был отфильтро­ван­ный МВД пер­со­нал, кото­рый как по сво­ему пове­де­нию, так и по ква­лифи­кации резко отли­чался от спец­кон­тингента других строек.

Надеж­ность работы любого агрегата в решающей степени зави­сит от культуры и каче­ства мон­тажа. Учи­ты­вая уни­каль­ный и принци­пи­ально новый харак­тер уста­новки, при мон­таже АЭС, а в осо­бен­но­сти реак­тора, пер­вого кон­тура и при подго­товке тех­но­логи­че­ских кана­лов к загрузке были осуществ­лены спе­ци­аль­ные режим­ные и тех­но­логи­че­ские меропри­я­тия, кото­рые обес­пе­чили необ­хо­димую чистоту, соблю­де­ние тех­но­логии и строгий поопе­раци­он­ный кон­троль при веде­нии наи­бо­лее ответ­ствен­ных работ. Эта система меропри­я­тий действо­вала при мон­таже, наладке и подго­товке к пуску всех систем и обо­ру­до­ва­ния АЭС. В результате уда­лось прак­ти­че­ски пол­но­стью избежать мон­таж­ного загряз­не­ния пер­вого кон­тура и реак­тора ока­ли­ной, гра­том, остат­ками про­кла­док, элек­тро­дов, сва­роч­ной про­во­локи и другими ино­род­ными пред­ме­тами. Благо­даря хорошей орга­ни­за­ции мон­таж­ных работ на Пер­вой АЭС, строгому кон­тролю за соблю­де­нием раз­ра­бо­тан­ных пра­вил мон­тажа и тех­но­логи­че­ских усло­вий на изго­тов­ле­ние и поставку обо­ру­до­ва­ния серьез­ных задержек или непо­ла­док при про­ве­де­нии нала­доч­ных работ и пуске, а также отка­зов обо­ру­до­ва­ния не наблю­да­лось.

Еже­днев­ные опе­ра­тив­ные совеща­ния на завершающем этапе стро­и­тельства и жест­кий спрос со всех участ­ни­ков за результаты труда объеди­нили стро­и­те­лей, мон­таж­ни­ков и экс­плу­а­таци­он­ни­ков в еди­ную команду. С нача­лом мон­тажа обо­ру­до­ва­ния на станции почти без­от­лучно нахо­дился Е. П. Слав­ский, чей рабо­чий стол стоял в сере­дине реак­тор­ного зала, при­езжали И. В. Кур­ча­тов, А. П. Алек­сан­дров, глав­ный кон­струк­тор реак­тора Н. А. Дол­лежаль и его ближайший помощ­ник П. И. Алещен­ков. Они решали раз­лич­ные вопросы, кото­рые замед­ляли темпы стро­и­тельства. Е. П. Слав­ский фак­ти­че­ски взял на себя руко­вод­ство мон­таж­ными рабо­тами, И. В. Кур­ча­тов занимался физи­кой реак­тора, а А. П. Алек­сан­дров «допол­нял» Кур­ча­това в части инже­нерно-про­из­вод­ствен­ных вопро­сов. Режим работы у мон­таж­ни­ков в 1954 году был ненорми­ро­ван­ным: рабо­чий день 8-12 часов, выход­ной — один раз в две недели. К этому выход­ному дирекция выде­ляла крытые гру­зо­вые машины, кото­рые достав­ляли сотруд­ни­ков, про­жи­вающих в г. Москве, к их семьям, или они сами на поезде, тогда с паро­вой тягой, доби­ра­лись до Москвы и посел­ков Под­мос­ко­вья. Конечно, большин­ство работ­ни­ков, исклю­чая высо­кое начальство, не знало, что за объект они строят.

К марту 1954 года на станции в основ­ном был закон­чен мон­таж кон­ту­ров, теп­ломе­ха­ни­че­ского обо­ру­до­ва­ния и других систем, начата отладка систем и обкатка обо­ру­до­ва­ния в соот­вет­ствии с тех­ни­че­скими усло­ви­ями и пус­ко­выми программами. По мере окон­ча­ния отладки про­из­во­ди­лась окон­ча­тель­ная при­емка систем в экс­плу­а­тацию.


Новое топ­ливо для нового реак­тора

Одно­временно в тече­ние 1951-1953 гг. в Лабо­ра­то­рии «В» про­во­ди­лись тео­ре­ти­че­ские иссле­до­ва­ния по физи­че­ским рас­че­там реак­тора АМ и форми­ро­вался ее кол­лек­тив. В это время были назна­чены началь­ник АЭС — Н. А. Нико­лаев, рабо­тавший до этого началь­ни­ком промыш­лен­ного реак­тора АВ-1 на ком­би­нате № 817 (ПО «Маяк»), и А. Н. Григо­рьянц, заме­сти­тель началь­ника АЭС.

Парал­лельно со стро­и­тельством реша­лись многие про­блемы нового объекта, глав­ной из кото­рых была про­блема атом­ного топ­лива. Идея про­екта реак­тора АМ состо­яла в при­ме­не­нии труб­ча­того теп­ло­вы­де­ляющего элемента — твэла, в кото­ром поток воды для теп­ло­съема движется внутри трубки, а уран нахо­дится сна­ружи. Теп­ло­вы­де­ляющие элементы явля­лись самой напряжен­ной частью атом­ного реак­тора, так как должны были рабо­тать в усло­виях большой плот­но­сти энерго­вы­де­ле­ния (до 1 кВт/см3 топ­лива) под воз­действием нейтрон­ного потока плот­но­стью до 5х1013 нейтрон/см2сек. Согласно рас­че­там, для надеж­ной работы реак­тора необ­хо­димо было обес­пе­чить отвод выде­ляющегося в твэле тепла так, чтобы темпе­ра­тура урана не пре­вышала 450°С, что тре­бо­вало при­ме­не­ния высо­ко­теп­лопро­вод­ной топ­лив­ной компо­зиции, тон­ко­стен­ных высо­кой точ­но­сти обо­ло­чеч­ных труб и надеж­ного, сохра­няющегося во времени теп­ло­вого кон­такта обо­лочки твэла с топ­ли­вом.

К началу про­ек­ти­ро­ва­ния спо­соб изго­тов­ле­ния подоб­ных труб­ча­тых твэ­лов не был изве­стен. Раз­ра­ба­ты­ва­лось парал­лельно несколько вари­ан­тов кон­струкций на основе тех дан­ных о пове­де­нии мате­ри­а­лов, кото­рые к тому времени име­лись. Много­чис­лен­ные попытки ряда инсти­ту­тов (ЛИПАН, НИИ-9, НИИ-13) изго­то­вить опыт­ные образцы, спо­соб­ные выдержать про­ект­ные теп­ло­вые нагрузки с термоцик­ли­ро­ва­нием, закан­чи­ва­лись неуда­чами. Поэтому в работу вклю­чи­лись тех­но­логи Лабо­ра­то­рии «В» под руко­вод­ством В. А. Малых. В конце 1952 года они раз­ра­бо­тали твэл, кон­струкция кото­рого допус­кала осуществ­ле­ние многих термоцик­лов и выдержи­вала нагрузки, в три с лиш­ним раза пре­вышающие про­ект­ные. К сере­дине 1953 года появи­лась уже вполне опре­де­лен­ная одно­знач­ная кон­струкция актив­ной зоны с исполь­зо­ва­нием диспер­си­он­ного твэла на основе уран-молиб­де­но­вого сплава (9% молиб­дена) с маг­нием, рабо­то­спо­соб­ность кото­рого к этому времени была под­твер­ждена в объеме, при­знан­ном доста­точ­ным для изго­тов­ле­ния пер­вой штат­ной загрузки реак­тора.

Реше­ние об окон­ча­тель­ном выборе вари­анта твэла было при­нято лишь 25 сен­тября 1953 года. — за 7 месяцев до физи­че­ского пуска реак­тора Пер­вой АЭС. За это время необ­хо­димо было нала­дить новый цех по изго­тов­ле­нию топ­лива на Заводе № 12 в г. Элек­тро­стали, осво­ить про­из­вод­ство и изго­то­вить 514 твэ­лов, про­ве­рить их каче­ство и отпра­вить на Мос­ков­ский завод хими­че­ского маши­но­стро­е­ния, кото­рый должен собрать из них 128 топ­лив­ных сбо­рок. Потре­бо­вался напряжен­ный труд кол­лек­ти­вов заво­дов и Лабо­ра­то­рии «В», чтобы топ­лив­ные сборки были изго­тов­лены до мая 1954 года.

Решающую роль в достиг­ну­том успехе сыг­рало огром­ное внима­ние, кото­рое в процессе раз­ра­ботки уде­ля­лось вопро­сам кон­троля каче­ства исход­ных мате­ри­а­лов и труб, а также тех­но­логии кон­троля в процессе изго­тов­ле­ния твэ­лов. Начи­ная с про­верки каче­ства внут­рен­ней поверх­но­сти исход­ных труб спе­ци­ально создан­ными пери­скопами и кон­чая про­вер­кой «послед­него» свар­ного шва на твэле — все методы и сред­ства кон­троля по суще­ству были либо ориги­наль­ные, либо серьезно усо­вершен­ство­ван­ными при­ме­ни­тельно к более жест­ким тре­бо­ва­ниям чистоты, точ­но­сти и надеж­но­сти для изде­лий ядер­ного класса. Парал­лельно с созда­нием тех­но­логии изго­тов­ле­ния и поопе­раци­он­ного кон­троля в процессе про­из­вод­ства были раз­ра­бо­таны и внед­рены методы и сред­ства нераз­рушающего кон­троля каче­ства гото­вых твэ­лов. Опыт их экс­плу­а­тации пока­зал, что такое внима­ние к вопро­сам кон­троля вполне себя оправ­дало — в тече­ние многих лет экс­плу­а­тации твэлы Пер­вой АЭС про­де­мон­стри­ро­вали исклю­чи­тельно надеж­ную работу.


Пер­вая про­верка

В окон­ча­тель­ном про­екте кон­струкция реак­тора выгля­дела сле­дующим обра­зом. Гра­фи­то­вая кладка реак­тора диамет­ром 3000 мм и высо­той 4500 мм состо­яла из бло­ков двух типов. Актив­ная зона высо­той 1,7 м и диамет­ром 1,5 м была набрана из вер­ти­кально сто­ящих шестигран­ных бло­ков с цен­траль­ными отвер­сти­ями диамет­ром 65 мм, в кото­рые вво­ди­лись топ­лив­ные каналы. Отража­тель был выпол­нен в виде гори­зон­таль­ных бло­ков, нани­зан­ных на 24 вер­ти­каль­ных сто­яка, по кото­рым цир­ку­ли­ро­вала вода для отвода выде­ля­емого в гра­фи­то­вом отража­теле тепла.

В тео­ре­ти­че­ском отделе Лабо­ра­то­рии «В» изу­ча­лись отдель­ные, наи­бо­лее тон­кие вопросы тео­рии реак­тора на теп­ло­вых нейтро­нах. Основ­ные физи­че­ские рас­четы реак­тора для АЭС были сосре­до­то­чены в отделе А. К. Кра­сина (заме­сти­тель науч­ного руко­во­ди­теля по созда­нию АЭС, коор­ди­ни­ро­вавший экс­пе­римен­таль­ные и рас­чет­ные иссле­до­ва­ния) и выпол­ня­лись груп­пой М. Е. Минашина. Глав­ными зада­чами этих рас­че­тов были выбор физи­че­ских харак­те­ри­стик реак­тора, опре­де­ле­ние необ­хо­димой загрузки реак­тора топ­ли­вом, изу­че­ние его пове­де­ния при разогреве и др. Ими было выдви­нуто пред­ложе­ние о созда­нии экс­пе­римен­таль­ного стенда.

Этот стенд — кри­ти­че­ская сборка актив­ной зоны реак­тора АМ из гра­фита, урана и воды, с труб­ча­тыми твэ­лами, назван­ная впо­след­ствии «физи­че­ским стен­дом АМФ», — соби­рался прямо под каби­не­том Д. И. Бло­хинцева. Целью явля­лось полу­че­ние экс­пе­римен­таль­ных дан­ных, поз­во­ляющих про­ве­рить пра­виль­ность мето­дики рас­чета и выбора парамет­ров. Стенд АМФ достиг кри­ти­че­ского состо­я­ния 3 марта 1954 года, на нем впер­вые в Лабо­ра­то­рии «В» была осуществ­лена цеп­ная реакция деле­ния урана. Экс­пе­рименты пока­зали, что больших оши­бок, по край­ней мере, на начало кампа­нии АЭС, не будет.

5 мая 1954 года нача­лась загрузка реак­тора топ­ли­вом. 6 мая Д. И. Бло­хинцев подпи­сы­вает при­каз «О начале и порядке пус­ко­вых физи­че­ских работ на аппа­рате АЭС», где детально рас­пи­сы­ваются науч­ные, пус­ко­вые и опе­ра­тив­ные вопросы. Для про­ве­де­ния пус­ко­вых работ назна­чаются дежур­ные науч­ные руко­во­ди­тели (А. К. Кра­син, Б. Г. Дубов­ский, М. Е. Минашин) и их помощ­ники (В. А. Коно­ва­лов, Е. И. Иню­тин, М. Н. Ланцов, А. В. Камаев). Еще раньше при­ка­зом Н. А. Нико­ла­ева были утвер­ждены дежур­ные смены и назна­чены их началь­ники (Ю. В. Архангельский, Б. Б. Бату­ров, В. А. Реми­зов, Г. Н. Уша­ков).

9 мая в 19 часов 7 минут при загрузке 61 топ­лив­ного канала реак­тор достиг кри­тич­но­сти и затем был загружен пол­ным чис­лом кана­лов (128 штук).

В пер­вой пар­тии топ­лив­ных кана­лов, загружен­ных в реак­тор, содержа­лось 546 кг урана 5%-ного обогаще­ния ура­ном-235. Отноше­ние числа ядер замед­ли­теля (угле­рода и водо­рода) к числу ядер урана в рабо­чем состо­я­нии состав­ляло соот­вет­ственно 174 и 4,2. В каче­стве кон­струкци­он­ного мате­ри­ала для топ­лив­ных кана­лов, кана­лов системы управ­ле­ния и защиты и обо­ло­чек твэ­лов была исполь­зо­вана нержа­веющая сталь 1Х18Н9Т. Всего в актив­ной зоне содержа­лось 204 кг стали, 54,3 кг молиб­дена и 62 кг маг­ния.

Физи­че­ский пуск и экс­пе­рименты, выпол­нен­ные по его программе, пока­зали удо­вле­тво­ри­тель­ное совпа­де­ние рас­чет­ных харак­те­ри­стик реак­тора с опыт­ными, что, без­условно, сле­дует счи­тать большим достиже­нием. Основ­ные харак­те­ри­стики реак­тора под­твер­ди­лись с при­ем­лемой точ­но­стью — это каса­лось запаса горю­чего, времени работы, рас­пре­де­ле­ния пото­ков нейтро­нов и др. Успеш­ное заверше­ние работ по плану физи­че­ского пуска поз­во­лило перейти в июне 1954 года к энерге­ти­че­скому пуску АЭС.

12 июня 1954 года пус­ко­вая комис­сия в составе: Е. П. Слав­ский, Б. С. Позд­ня­ков, А. И. Али­ха­нов, Д. И. Бло­хинцев, В. С. Фур­сов, Н. А. Дол­лежаль и др., рас­смот­рев готов­ность уста­новки в целом, дает заклю­че­ние о возмож­но­сти экс­плу­а­тации уста­новки. Комис­сия уста­нав­ли­вает сле­дующий режим ее работы: водо-водя­ной режим с постепен­ным подъемом мощ­но­сти до 75% и затем пере­ход в паро­вой режим. С 13-го по 23 июня 1954 года реак­тор выво­дится после­до­ва­тельно на уровни мощ­но­сти 10% (17 час), 25% (72 час), 50% (13 час) и 75% (45 час). За это время реак­тор оста­нав­ли­вался 18 раз с общим време­нем в заглу­шен­ном состо­я­нии 133 час, в том числе 16 июня реак­тор был оста­нов­лен в связи с поте­рей герме­тич­но­сти и течью одной из тру­бок тех­но­логи­че­ского канала (ячейка 06-25). Ава­рий­ный канал был извле­чен из реак­тора.


Пер­вое «атом­ное» элек­три­че­ство

В связи с заверше­нием программы испыта­ний на водо-водя­ном режиме, в ночь на 24 июня реак­тор­ная уста­новка пере­во­дится в нормаль­ный паро­вой режим. Режим выхода: мощ­ность 10%, работа на этой мощ­но­сти 17 час, пар пода­ется на тех­но­логи­че­ский кон­ден­са­тор, подъем мощ­но­сти до 25%, работа на этой мощ­но­сти в тече­ние 2 час, постепен­ный подъем мощ­но­сти до 57%.

На этой мощ­но­сти 26 июня 1954 года в 17 час. 30 мин. пар пере­ве­ден на тур­бину, и гене­ра­тор син­хро­ни­зи­ро­ван с сетью Мосэнерго. В пус­ко­вом опе­ра­тив­ном жур­нале, где дежур­ные науч­ные руко­во­ди­тели фик­си­ро­вали ход про­во­димых посменно экс­пе­римен­тов, в этот день появи­лась запись, сде­лан­ная Д. И. Бло­хинце­вым: «17 часов 45 минут. Пар подан на тур­бину». На мощ­но­сти 57% реак­тор рабо­тал в июне и июле вплоть до оста­новки на ППР.

Пер­вая в мире АЭС встала под промыш­лен­ную нагрузку. Этот день по праву стал счи­таться днем рож­де­ния атом­ной энерге­тики.

В сообще­нии ТАСС от 1 июля 1954 года гово­ри­лось: «В Совет­ском Союзе уси­ли­ями уче­ных и инже­не­ров успешно завершены работы по про­ек­ти­ро­ва­нию и стро­и­тельству пер­вой промыш­лен­ной элек­тро­станции на атом­ной энергии полез­ной мощ­но­стью 5000 кило­ватт. 27 июня 1954 года атом­ная элек­тро­станция была пущена в экс­плу­а­тацию и дала элек­три­че­ский ток для промыш­лен­но­сти и сельского хозяйства при­лежащих райо­нов».

Сообще­ние о пуске пер­вой в мире АЭС стало пол­ной неожи­дан­но­стью для совет­ской и миро­вой обще­ствен­но­сти, ведь о её раз­ра­ботке и стро­и­тельстве в открытой печати ничего не пуб­ли­ко­ва­лось, все держа­лось в строгом сек­рете. Как позд­нее выска­зался Д. И. Бло­хинцев, «так воз­никла еще одна легенда о непо­роч­ном зача­тии».

Осво­е­ние про­ект­ной мощ­но­сти АЭС заняло четыре месяца. Это были месяцы упор­ного и напряжен­ного труда, когда шло изу­че­ние АЭС, выяв­ле­ние недо­стат­ков про­екта и сла­бых мест обо­ру­до­ва­ния, вно­си­лись необ­хо­димые и возмож­ные усо­вершен­ство­ва­ния в отдель­ные узлы и системы. В основ­ном все шло гладко, воз­ни­кавшие непо­ладки устра­ня­лись, вно­си­лись изме­не­ния в неко­то­рые кон­струкции, а элек­три­че­ская мощ­ность АЭС все воз­рас­тала. В октябре 1954 года тур­бо­ге­не­ра­тор АЭС был выве­ден на про­ект­ную мощ­ность 5 МВт.

Уже пер­вый этап работы станции пока­зал, что основ­ные кон­струк­тив­ные узлы, такие, как кладка реак­тора, топ­лив­ные каналы с твэ­лами, паро­ге­не­ра­торы, насосы, тру­бопро­воды пер­вого кон­тура с уста­нов­лен­ной в нем арма­ту­рой, выбраны удачно и обес­пе­чат работу элек­тро­станции на рас­чет­ной мощ­но­сти. Уси­лия всех кол­лек­ти­вов, всех участ­ни­ков созда­ния пер­вой в мире АЭС успешно заверши­лись.

В начале экс­плу­а­тации пер­вой АЭС про­яви­лись и неко­то­рые дефекты. Глав­ным из них было кор­ро­зи­он­ное рас­трес­ки­ва­ние тон­ко­стен­ных тру­бок в кана­лах со стерж­нями-погло­ти­те­лями и тех­но­логи­че­ских кана­лах, но в то же время без суще­ствен­ных заме­ча­ний рабо­тали паро­ге­не­ра­торы, труб­чатка кото­рых также выпол­нена из нержа­веющей стали. После при­ня­тых мер кор­ро­зи­он­ные явле­ния не повто­ря­лись.

Через неко­то­рое время первую атом­ную элек­тро­станцию посе­тили члены пра­ви­тельства СССР. К их визиту реак­тор «под­хва­тил» оче­ред­ное недомога­ние — про­ис­хо­дили частые сбросы ава­рий­ной защиты реак­тора из-за лож­ных сра­ба­ты­ва­ний сиг­на­лов СРВ (сниже­ние рас­хода воды по кана­лам). Два сброса АЗ про­изошли в самый канун визита — когда уже сообщили о при­езде пра­ви­тельства. Опе­ра­тив­ный пер­со­нал вывел реак­тор на мощ­ность в рекорд­ные сроки, и к моменту входа в помеще­ние пульто­вой чле­нов пра­ви­тельства — Мален­кова, Булга­нина, Моло­това, Вороши­лова, Кага­но­вича, Мико­яна и др. — реак­тор рабо­тал на пол­ной мощ­но­сти. Рабо­тавший в это время началь­ни­ком смены В. Б. Лыт­кин несколько задержался на ниж­ней отметке зда­ния из-за выхода на мощ­ность и не был впущен в помеще­ние пульта управ­ле­ния охра­ной.

С 1956 года станция была открыта для посеще­ния совет­ских и зару­беж­ных делегаций. Первую АЭС посе­тило много вид­ных поли­ти­че­ских дея­те­лей, уче­ных, а также десятки тысяч про­стых людей почти из всех стран мира.

В 1957 году за уча­стие в раз­ра­ботке, пуске и осво­е­нии Пер­вой АЭС Д. И. Бло­хинцеву, Н. А. Дол­лежалю, А. К. Кра­сину, В. А. Малых была при­суж­дена Ленин­ская премия, а большая группа участ­ни­ков работ награж­дена орде­нами и меда­лями СССР.


Реак­тор для науки

В пер­вый период работы АЭС рас­смат­ри­ва­лась как опыт­ная энерге­ти­че­ская станция. На ней учи­лись и про­хо­дили подго­товку спе­ци­а­ли­сты пер­вых промыш­лен­ных станций, экипажи пер­вых атом­ных под­вод­ных лодок и атом­ного ледо­кола «Ленин», стажи­ро­ва­лись спе­ци­а­ли­сты из ГДР, Чехо­сло­ва­кии, Китая, Румы­нии. Но, начи­ная с 1956 года, назна­че­ние станции стало постепенно меняться. Опыт раз­ра­ботки, созда­ния и экс­плу­а­тации Пер­вой АЭС помог более четко опре­де­лить задачи ближайшего будущего по исполь­зо­ва­нию ядер­ных реак­то­ров как в энерге­тике, так и в других промыш­лен­ных направ­ле­ниях. Реак­тор решено было исполь­зо­вать в основ­ном как источ­ник нейтро­нов для про­ве­де­ния науч­ных иссле­до­ва­ний, в част­но­сти, необ­хо­димых для созда­ния более мощ­ных АЭС.

Станции такой небольшой мощ­но­сти, как Пер­вая АЭС, невозможно кон­ку­ри­ро­вать с тра­дици­он­ными источ­ни­ками элек­тро­снабже­ния, и об этом можно было бы не гово­рить вообще, если бы неко­то­рые идеи, реа­ли­зо­ван­ные на ней и обес­пе­чи­вающие сниже­ние себе­сто­и­мо­сти, не были взяты затем на вооруже­ние всеми атом­ными элек­тро­станци­ями. Напри­мер, метод частич­ных перегру­зок реак­тора поз­во­лил почти вдвое уве­ли­чить сред­нее выго­ра­ние топ­лива и тем самым резко сни­зить топ­лив­ную состав­ляющую в себе­сто­и­мо­сти отпус­ка­емой элек­троэнергии.

Суть метода состоит в том, что вме­сто замены сразу всех топ­лив­ных кана­лов актив­ной зоны (а именно так преду­смат­ри­ва­лось в про­екте) заме­ня­ется только часть кана­лов. При этом слабо выго­ревшие каналы из край­них рядов кладки пере­став­ляются в центр, где плот­ность потока нейтро­нов имеет мак­сималь­ное зна­че­ние. Свежие каналы уста­нав­ли­ваются на перифе­рию зоны. Такая пере­ста­новка обес­пе­чи­вает более рав­но­мер­ное рас­пре­де­ле­ние плот­но­сти нейтрон­ного потока по ради­усу реак­тора и более глу­бо­кое выго­ра­ние топ­лива. И хотя время работы между перегруз­ками при этом уменьша­ется, выиг­рыш в эко­номич­но­сти ока­зался настолько велик, что этот метод в тех или иных модифи­кациях при­ме­ня­ется повсе­местно на действующих энерго­бло­ках.

За все время работы для про­ве­де­ния науч­ных и инже­нер­ных экс­пе­римен­тов на реак­торе АМ было сооружено 17 иссле­до­ва­тельских петель раз­лич­ного назна­че­ния. Среди работ сле­дует отме­тить, пре­жде всего, иссле­до­ва­ния, про­ве­ден­ные в обос­но­ва­ние реак­тор­ных уста­но­вок для пер­вой оче­реди Бело­яр­ской (реак­торы АМБ-1 и АМБ-2) и Били­бин­ской (реак­тор ЭГП-6) АЭС. На реак­торе «АМ» отра­ба­ты­ва­лись отдель­ные элементы реак­то­ров РБМК Ленинград­ской, Кур­ской, Смо­лен­ской, Чер­но­быльской и Игна­лин­ской АЭС. Таким обра­зом, реак­тор Пер­вой АЭС стал осно­вопо­лож­ни­ком направ­ле­ния энерге­ти­че­ских каналь­ных уран-гра­фи­то­вых реак­то­ров.

В 1962 году на реак­торе «АМ» начала экс­плу­а­ти­ро­ваться пет­ле­вая уста­новка термоэмис­си­он­ного пре­об­ра­зо­ва­ния энергии. На ней впер­вые в СССР ядер­ная энергия была непо­сред­ственно пре­об­ра­зо­вана в элек­три­че­скую. Полу­чен­ные на петле результаты были исполь­зо­ваны при про­ек­ти­ро­ва­нии и пуске в 1970 году пер­вого в мире реак­тора-пре­об­ра­зо­ва­теля ТОПАЗ для кос­ми­че­ских ядер­ных энерге­ти­че­ских уста­но­вок.

Кроме пет­ле­вых испыта­ний, в реак­торе «АМ» иссле­до­ва­лось пове­де­ние ряда реак­тор­ных мате­ри­а­лов в ради­аци­он­ных полях. На нейтрон­ных пуч­ках реак­тора про­во­ди­лись иссле­до­ва­ния, в том числе по физике твер­дого тела. Затем на реак­торе «АМ» было налажено про­из­вод­ство искус­ствен­ного ради­о­нук­лида молиб­дена, что пре­вра­тило ФЭИ в глав­ного изго­то­ви­теля и поставщика гене­ра­то­ров тех­неция-99, при­ме­ня­емых в медицине для диагно­стики онко­логи­че­ских забо­ле­ва­ний.


На «пен­сию»

29 апреля 2002 года в соот­вет­ствии с при­ка­зом мини­стра по атом­ной энергии № 132 от 13.03.2002 года реак­тор Пер­вой АЭС был оста­нов­лен, точ­нее — была пре­кращена его экс­плу­а­тация с гене­рацией мощ­но­сти за счет цеп­ного процесса деле­ния ядер урана.

Оста­нов реак­тора про­изошел в 11 час. 34 мин. В торже­ствен­ной обста­новке заме­сти­тель гене­раль­ного дирек­тора, глав­ный инже­нер ГНЦ РФ — Физико-энерге­ти­че­ский инсти­тут им. А. И. Лейпун­ского В. В. Кузин зачи­тал при­каз, и вете­ран атом­ной энерге­тики, совет­ник гене­раль­ного дирек­тора Л. А. Кочет­ков нажал кнопку на пульте управ­ле­ния, пре­кра­тив цеп­ную реакцию. Так заверши­лась 48-лет­няя без­ава­рий­ная экс­плу­а­тация пер­вой в мире атом­ной элек­тро­станции, что явля­ется рекорд­ным сро­ком экс­плу­а­тации реак­тор­ной уста­новки.

В сен­тябре 2002 года из реак­тора извле­чена послед­няя топ­лив­ная сборка. Уста­новка пере­шла в режим окон­ча­тель­ного оста­нова, согласно при­ня­той концепции осуществ­ля­ется поэтап­ный вывод из экс­плу­а­тации её реак­тора с дли­тель­ным сохра­не­нием для наблю­де­ния.

В июне 2008 года после про­ве­де­ния регламент­ных работ реак­тор «АМ» был при­ве­ден в ядерно-без­опас­ное состо­я­ние и выве­ден из перечня ядерно-опас­ных участ­ков Рос­сии. Конечно, при созда­нии АЭС и при ее экс­плу­а­тации не уда­лось избежать и много­чис­лен­ных дефек­тов обо­ру­до­ва­ния, и оши­бок пер­со­нала, но за все время экс­плу­а­тации уста­новки не было слу­чая опас­ного пере­об­лу­че­ния пер­со­нала сверх уста­нов­лен­ных норм; окружающая мест­ность, в том числе город, рас­по­ложен­ный в 1,5-4,5 км от реак­тора, не под­верга­лись ради­аци­он­ному загряз­не­нию выше суще­ствующего при­род­ного фона.

За прошед­шие годы реак­тор прошел все­сто­рон­ние испыта­ния, про­ра­бо­тав при всех допу­стимых режимах, и заре­комен­до­вал себя с самой лучшей сто­роны. Надеж­ность экс­плу­а­тации реак­тора в первую оче­редь обу­слов­лена надеж­но­стью работы твэ­лов и всей кон­струкции рабо­чего канала. Так, за пер­вые 20 лет экс­плу­а­тации ни один из многих тысяч рабо­тавших в реак­торе твэ­лов не вышел из строя, если соблю­да­лись усло­вия их экс­плу­а­тации. Более того, на том же коли­че­стве топ­лива дли­тель­ное время частич­ные перегрузки обес­пе­чи­вали работу реак­тора (в 2-2,5 раза больше про­ект­ного). На отдель­ных кана­лах была достиг­нута глу­бина выго­ра­ния 32%, а время их работы пре­вы­сило 40 тыс. часов. Таким обра­зом, созда­ние кон­струкции и раз­ра­ботка тех­но­логии изго­тов­ле­ния труб­ча­того твэла диспер­си­он­ного типа из сплава урана с молиб­де­ном с надеж­ным теп­ло­вым, вплоть до диффу­зи­он­ного, кон­так­том с обо­лоч­кой из нержа­веющей стали одним из важ­ных достиже­ний созда­те­лей Пер­вой АЭС.

Оце­ни­вая основ­ные результаты работы Пер­вой в мире АЭС и её вклад в раз­ви­тие атом­ной энерге­тики нашей страны и всего мира, необ­хо­димо отме­тить, что надеж­ность её кон­струкции и без­опас­ность экс­плу­а­тации открыли широ­кие пер­спек­тивы для даль­нейшей науч­ной и кон­струк­тор­ской раз­ра­ботки энерге­ти­че­ских реак­то­ров всех типов. Пер­вая АЭС поз­во­лила пре­одо­леть и суще­ство­вавший в то время опре­де­лен­ный пси­хо­логи­че­ский барьер, свя­зан­ный с неукро­тимо­стью атом­ного взрыва, а также с опа­се­нием, что все­про­ни­кающая ради­ация будет тихо и неза­метно отнимать здо­ро­вье у людей, рабо­тающих в атом­ной энерге­тике.


Библиография‍15


Архивные материалы‍4