ГлавнаяПерсоналии → Шнирман Г. Л.

Шнирман Георгий Львович(1907—1993)

физик-экс­пе­ри­мен­та­тор, кон­струк­тор, док­тор тех­ни­че­ских наук, зав. лаб. Инсти­тута хими­че­ской физики АН СССР. Осно­ва­тель мно­гих направ­ле­ний оте­че­ствен­ного при­бо­ро­стро­е­ния, раз­ра­бот­чик при­бо­ров и мето­дики изме­ре­ний атом­ного взрыва. Четы­ре­жды лау­реат Государ­ствен­ной пре­мии СССР (1946, 1949, 1951, 1953).

Геор­гий Льво­вич Шнир­ман родился 7 июля (24 июня по ста­рому стилю) 1907 года в Санкт-Петер­бурге в семье музы­канта, кон­церт­мей­стера вто­рых скри­пок Мари­ин­ского театра.

Отец гото­вил Геор­гия к карьере скри­пача, стар­шие бра­тья при­ви­вали ему любовь к меди­цине, а сестра хотела, чтобы он стал пиа­ни­стом. Но в 12 лет он мог сам при­го­то­вить про­яви­тель для фото­гра­фи­че­ских пла­стин и почи­нить теле­фон, кото­рый в то время был в дико­винку даже взрос­лым.

Рево­лю­ция изме­нила жизнь семьи, но на выбор про­фес­сии не повли­яла. В 16 лет Геор­гий посту­пил на физико-мате­ма­ти­че­ский факуль­тет Пет­ро­град­ского уни­вер­си­тета, в 18 — собрал детек­тор­ный радио­при­ём­ник. В его радио­кру­жок ходили все, даже стар­ше­курс­ники. В 1927 году его ста­тью «Пере­мен­ная детек­тор­ная связь» опуб­ли­ко­вала все­со­юз­ная газета «Ново­сти радио», он полу­чил пре­мию газеты за одну из своих работ.

В 1930 году, сразу по окон­ча­нии уни­вер­си­тета Г.Л. Шнир­ман был при­гла­шен в Сей­смо­ло­ги­че­ский инсти­тут АН СССР (СИАН) дирек­то­ром этого инсти­тута, извест­ным уче­ным П.М. Ники­фо­ро­вым на долж­ность заве­ду­ю­щего сей­сми­че­ской лабо­ра­то­рией. На про­тя­же­нии несколь­ких лет Г.Л. Шнир­ман про­вел ряд экс­пе­ри­мен­тально-иссле­до­ва­тель­ских работ, изыс­кав при этом новые методы спе­ци­аль­ных изме­ре­ний и скон­стру­и­ро­вав зна­чи­тель­ное коли­че­ство реги­стри­ру­ю­щих при­бо­ров, кото­рые были изго­тов­лены меха­ни­че­ской мастер­ской СИАН. Создан­ные им при­боры нахо­дят свое при­ме­не­ние и в дру­гих обла­стях науки и тех­ники, в том числе и в обо­рон­ной про­мыш­лен­но­сти.

В 1930-х гг., до пере­езда в 1935 году из Ленин­града в Москву вслед за Сей­смо­ло­ги­че­ским инсти­ту­том, да и после того, как обос­но­вался с семьёй в Москве, Г.Л. Шнир­ман посто­янно сотруд­ни­чал с авиа­стро­и­те­лями, соору­жал и испы­ты­вал авиа­при­боры. Одно из его изоб­ре­те­ний того вре­мени — опти­че­ский при­бор для записи пере­гру­зок в усло­виях фигур­ного полёта (1938 г.). Геор­гий Льво­вич сидел в кабине во время испы­та­ний, бывал в полё­тах по несколько раз в день — он ещё и с пара­шю­том решил прыг­нуть. При­зем­ля­ясь, под­вер­нул ногу.

В 1936 году Г.Л. Шнир­ман защи­тил дис­сер­та­цию, полу­чив сте­пень кан­ди­дата физико-мате­ма­ти­че­ских наук.

Про­дол­жая свои работы по опти­че­скому методу реги­стра­ции, Г.Л. Шнир­ман создал в НИИ ВВС авиа­ци­он­ный мно­го­ком­по­нент­ный опти­че­ский само­пи­сец для реги­стра­ции необ­хо­ди­мых дан­ных при про­ве­де­нии лет­ных испы­та­ний само­ле­тов. Этот ост­ро­умно решен­ный при­бор (не име­ю­щий рав­ных за гра­ни­цей) поз­во­лял с высо­кой точ­но­стью одновре­менно реги­стри­ро­вать в виде гра­фи­ков до 14 раз­лич­ных физи­че­ских про­цес­сов и был при­го­ден для испы­та­ния любых само­ле­тов в любых усло­виях полета.

Осе­нью 1941 года Г.Л. Шнир­ман отпра­вил семью в эва­ку­а­цию, а сам запи­сался доб­ро­воль­цем, хотя нико­гда не слу­жил в армии и не дер­жал ору­жия в руках. Но он знал: муж­чина дол­жен идти на войну. Пер­вый отряд доб­ро­воль­цев, сфор­ми­ро­ван­ный из его кол­лег, учё­ных, отпра­вили без­оруж­ными за город, в рас­по­ло­же­ние части. По дороге навстречу вышел взвод нем­цев — они успели захва­тить дорогу. Доб­ро­воль­цев рас­стре­ляли в упор. После этого был отдан при­каз — осталь­ные отряды рас­фор­ми­ро­вать, учё­ные должны слу­жить стране сво­ими откры­ти­ями.

В 1946 году были названы лау­ре­аты Ста­лин­ской пре­мии за выда­ю­щи­еся изоб­ре­те­ния и корен­ные усо­вер­шен­ство­ва­ния мето­дов про­из­вод­ствен­ной работы за 1943-1944 гг. и за 1945 год. Шнир­ману, Геор­гию Льво­вичу, заве­ду­ю­щему лабо­ра­то­рией элек­тро­из­ме­ре­ний СИАН за раз­ра­ботку новых мето­дов и аппа­ра­туры для иссле­до­ва­ния кру­тиль­ных коле­ба­ний при испы­та­ниях авиа­ци­он­ных дви­га­те­лей была при­суж­дена Ста­лин­ская пре­мия 3-й сте­пени.

В связи с нача­лом работ по совет­скому Атом­ному про­екту Совет мини­стров СССР при­ни­мает Поста­нов­ле­ние за № 973-40 от 30 апреля 1946 года «Об орга­ни­за­ции при ИХФ АН СССР Спец­сек­тора по изу­че­нию тео­рии ядер­ных цеп­ных реак­ций и взры­вов», а также раз­ра­ботки мето­дов и спе­ци­аль­ной аппа­ра­туры для реги­стра­ции физи­че­ских про­цес­сов, сопро­вож­да­ю­щих атом­ный взрыв. Это поста­нов­ле­ние при­вело к струк­тур­ной пере­стройке инсти­тута, в кото­ром для выпол­не­ния работ по реги­стра­ции физи­че­ских про­цес­сов был создан Спец­сек­тор, кото­рый воз­гла­вил М.А. Садов­ский, став­ший заме­сти­те­лем дирек­тора ИХФ. М.А. Садов­ский и при­влек к работе в совет­ском Атом­ном про­екте Геор­гия Льво­вича Шнир­мана, сво­его друга и сослу­живца по работе в Сей­смо­ло­ги­че­ском Инсти­туте АН СССР, кото­рый ста­но­вится руко­во­ди­те­лем отдела при­бо­ро­стро­е­ния. На этой долж­но­сти Г.Л. Шнир­ман сумел пред­ло­жить и осу­ще­ствить раз­ра­ботку мно­гих образ­цов важ­ней­шей аппа­ра­туры, исполь­зо­ван­ной в ядер­ных испы­та­ниях, сфор­ми­ро­вав твор­че­ский кол­лек­тив из мно­гих выда­ю­щихся учё­ных-кон­струк­то­ров. В их число вхо­дил и уни­каль­ный при­бо­рист-элек­трон­щик П.В. Кев­ли­швили. Г.Л. Шнир­ман и П.В Кев­ли­швили, а также Б.Т. Воро­бьев со сво­ими сотруд­ни­ками (Инсти­тут физики Земли) создали не менее 80% всей аппа­ра­туры, исполь­зо­ван­ной на ядер­ных испы­та­ниях в СССР.

В Атом­ном про­екте на ИХФ была воз­ло­жена основ­ная нагрузка по орга­ни­за­ции и про­ве­де­нию физи­че­ских наблю­де­ний при про­ве­де­нии испы­та­ний пер­вой атом­ной бомбы. Необ­хо­димо было создать и под­го­то­вить при­боры для реги­стра­ции всего спек­тра физи­че­ских пара­мет­ров взрыва. В отделе Г.Л. Шнир­мана была раз­ра­бо­тана система авто­ма­тики опыт­ного поля «АП-2», «ЩГР» и «БА» (Бое­вой Авто­мат) для вклю­че­ния всей аппа­ра­туры и под­рыва заряда. Эта система исполь­зо­ва­лась в тече­ние 12 лет.

Перед пер­выми испы­та­ни­ями были сфор­му­ли­ро­ваны тре­бо­ва­ния к физи­че­ским наблю­де­ниям, исходя из име­ю­щихся пред­став­ле­ний о пер­вых аме­ри­кан­ских атом­ных взры­вах и тео­ре­ти­че­ских пред­по­сыл­ках. Наи­бо­лее важ­ными вопро­сами, на кото­рые необ­хо­димо было отве­тить, явля­лись:

- опре­де­ле­ние тро­ти­ло­вого экви­ва­лента взрыва (ТЭ);

- оценка КПД сра­ба­ты­ва­ния заряда плу­то­ния;

- эффек­тив­ность пора­жа­ю­щих фак­то­ров от воз­душ­ной удар­ной волны (ВУВ), ради­а­ци­он­ного и теп­ло­вого излу­че­ния.

Для рас­чета ТЭ атом­ной бомбы боль­шое вни­ма­ние было уде­лено опти­че­ским изме­ре­ниям раз­мера и дина­мики све­тя­щейся обла­сти огнен­ного шара (ОШ), спек­траль­ного состава и тем­пе­ра­туры излу­че­ния, раз­мера обла­ков обра­зу­ю­щихся при взрыве и дру­гих пара­мет­ров. Для этих целей исполь­зо­ва­лось более ста опти­че­ских при­бо­ров и дат­чи­ков, боль­шин­ство из кото­рых были изго­тов­лены в ИХФ.

В октябре–декабре 1948 года основ­ной состав сотруд­ни­ков Спец­сек­тора ИХФ выехал на Семи­па­ла­тин­ский поли­гон для под­го­товки аппа­ра­туры к испы­та­ниям. К созда­ва­е­мой аппа­ра­туре системы управ­ле­ния под­ры­вом предъ­яв­ля­лись очень жест­кие тре­бо­ва­ния по надеж­но­сти. Год­ными счи­та­лись те при­боры, кото­рые по всей серии испы­та­ний не имели ни одного отказа. Но все узлы без исклю­че­ния выдер­жали испы­та­ния.

На поли­гоне в зда­нии команд­ного пункта 12П были уста­нов­лены: пульт управ­ле­ния, ком­плект акку­му­ля­тор­ных бата­рей, зарядно-раз­ряд­ный щит с выпря­ми­те­лями, ком­плект шлейф­ных осцил­ло­гра­фов для записи факта выдачи пус­ко­вых команд и полу­че­ния обрат­ного кон­троля, ком­плект маг­ни­то­фо­нов — для записи команд руко­во­ди­теля испы­та­ни­ями и отве­тов об испол­не­нии этих команд опе­ра­то­рами. Пульт управ­ле­ния под­клю­чался к акку­му­ля­тор­ному блоку пита­ния, к кабель­ной линии управ­ле­ния, к запи­сы­ва­ю­щей кон­троль­ной аппа­ра­туре и к авто­мату поля для син­хрон­ного вклю­че­ния аппа­ра­туры под­рыва с аппа­ра­ту­рой изме­ри­тель­ного ком­плекса.

Син­хрон­ный запуск под­рыв­ного и изме­ри­тель­ного ком­плек­сов осу­ществ­лялся от авто­мата поля — так име­но­ва­лось устрой­ство, пред­на­зна­чен­ное для управ­ле­ния всей аппа­ра­ту­рой, реги­стри­ру­ю­щей пара­метры ядер­ного взрыва. Авто­мат поля был раз­ра­бо­тан и изго­тов­лен в ИХФ АН СССР под руко­вод­ством Г.Л. Шнир­мана. Авто­ма­ти­че­ская выдача команд в раз­лич­ные моменты вре­мени на вклю­че­ние боль­шого коли­че­ства реги­стри­ру­ю­щей аппа­ра­туры, раз­ме­щен­ной в соору­же­ниях по всему опыт­ному полю, про­из­во­ди­лось шаго­вым пере­клю­ча­те­лями, кото­рые в свою оче­редь, при­во­ди­лись в дви­же­ние гене­ра­то­ром импульс­ного тока, частота кото­рого была ста­би­ли­зи­ро­вана камер­то­ном. Эти же шаго­вые пере­клю­ча­тели выда­вали элек­три­че­ские сиг­налы на вклю­че­ние системы управ­ле­ния под­ры­вом заряда. Пуск авто­мата осу­ществ­лялся вруч­ную от кнопки, по сиг­налу еди­ного вре­мени. Таким обра­зом, в пер­вых чис­лах авгу­ста 1949 года объ­еди­нен­ная система управ­ле­ния под­ры­вом заряда и управ­ле­ния аппа­ра­тур­ным ком­плек­сом, реги­стри­ру­ю­щим пара­метры ядер­ного взрыва, была готова для исполь­зо­ва­ния по назна­че­нию.

Г.Л. Шнир­ман воз­глав­лял про­ве­де­ние поле­вых изме­ре­ний и сам участ­во­вал в них: а это и уста­новка аппа­ра­туры, и наладка ее, и про­верка, и обра­ботка полу­чен­ных дан­ных.

Аппа­ра­тура на опыт­ном поле уста­нав­ли­ва­ется в спе­ци­аль­ных желе­зо­бе­тон­ных и сталь­ных соору­же­ниях, раз­ра­бо­тан­ных по тех­ни­че­ским зада­ниям Спец­сек­тора, и на несколь­ких баш­нях, постро­ен­ных для реги­стра­ции физи­че­ских полей ядер­ного взрыва: ВУВ, све­то­вого, теп­ло­вого и гамма излу­че­ний. Руко­во­ди­те­лем испы­та­ний пер­вого ядер­ного заряда назна­ча­ется И.В. Кур­ча­тов, науч­ным руко­во­ди­те­лем физи­че­ских изме­ре­ний — М.А. Садов­ский.

Взрыв бомбы, уста­нов­лен­ной на башне, на высоте 27 м, был про­ве­ден 29 авгу­ста в 4 часа по мос­ков­скому вре­мени. Мощ­ность взрыва соста­вила 22 Кт ТЭ (пер­во­на­чаль­ная оценка ТЭ была 10 Кт). Диа­метр огнен­ного шара достиг 400 м к концу све­че­ния, через 1 секунду тем­пе­ра­тура была 3000 град.

29 октября 1949 года вышли закры­тые Указ Вер­хов­ного Совета и Поста­нов­ле­ние Совета Мини­стров СССР «О награж­де­нии и пре­ми­ро­ва­нии за выда­ю­щи­еся науч­ные откры­тия и тех­ни­че­ские дости­же­ния по исполь­зо­ва­нию атом­ной энер­гии». За раз­ра­ботку новей­ших при­бо­ров и мето­дики изме­ре­ний атом­ного взрыва пер­вой совет­ской атом­ной бомбы Г.Л. Шнир­ман был награж­ден орде­ном Ленина и стал лау­ре­а­том Ста­лин­ской пре­мии 2-й сте­пени.

Огро­мен вклад Г.Л. Шнир­мана в созда­ние высо­ко­ско­рост­ной опти­че­ской аппа­ра­туры: лупы вре­мени, кото­рая обес­пе­чи­вала съемку до 33 млн кад­ров в секунду, ско­рост­ной фото­ре­ги­стри­ру­ю­щей уста­новки СФР, выпус­ка­е­мой с 1949 года, и мно­го­чис­лен­ных ее моди­фи­ка­ций, высо­ко­ско­рост­ных реги­стра­то­ров жду­щего типа, камеры жду­щего типа — СК-1, СК-2, СК-3 — для реги­стра­ции взры­вов, искро­вых заря­дов и пр., жду­щей двух­ка­мер­ной лупы вре­мени ЦЛ-1 и др. Все эти уни­каль­ные при­боры рабо­тали в труд­ней­ших усло­виях испы­та­тель­ных поли­го­нов, на ядер­ных взры­вах.

12 авгу­ста 1953 года про­во­дится испы­та­ние пер­вого совет­ского тер­мо­ядер­ного заряда РДС-6с. Аппа­ра­тура, реги­стри­ру­ю­щая про­цессы раз­ви­тия тер­мо­ядер­ных реак­ций, раз­ра­бо­тан­ная также в ИХФ, уста­нав­ли­ва­лась в непо­сред­ствен­ной бли­зо­сти от заряда в бун­ке­рах. Руко­во­ди­те­лями всех физи­че­ских изме­ре­ний были М.А. Садов­ский и Г.Л. Шнир­ман. На опыт­ном поле было уста­нов­лено более 500 при­бо­ров и дат­чи­ков. Испы­та­ния пока­зали — заряд вышел на рас­чет­ный уро­вень.

При пла­ни­ро­ва­нии испы­та­ний заря­дов боль­шой мощ­но­сти в 1957 году встал вопрос о пере­носе таких взры­вов за гра­ницы суще­ству­ю­щих поли­го­нов в без­люд­ные рай­оны Север­ного Ледо­ви­того Оке­ана. С этой целью работы велись в двух направ­ле­ниях. Необ­хо­димо было выбрать район и создать само­лет-лабо­ра­то­рию для реги­стра­ции взры­вов, кото­рый дол­жен рабо­тать сов­местно с само­ле­том-носи­те­лем. В ИХФ для само­лета-лабо­ра­то­рии и само­лета носи­теля было раз­ра­бо­тано основ­ное обо­ру­до­ва­ние: авто­мат под­рыва заря­дов (само­лет­ный авто­мат СА), син­хронно рабо­та­ю­щий с само­ле­том носи­те­лем; ско­рост­ные широ­ко­уголь­ные камеры СК-3м, СК-3ш, СК-Ш для опре­де­ле­ния ТЭ по мето­дике ОШ; дат­чики дав­ле­ния ВУВ, кото­рые уста­нав­ли­ва­лись на само­ле­тах носи­те­лях Ту-4, Ту-16, Ту-95, Ил-28; дат­чики теп­ло­вого излу­че­ния.

Про­ек­ти­ро­ва­ние, изго­тов­ле­ние и уста­новка на само­лет обо­ру­до­ва­ния выпол­ня­лась сотруд­ни­ками Спец­сек­тора под руко­вод­ством Г.Л. Шнир­мана. В связи с мора­то­рием на ядер­ные испы­та­ния эта работа не полу­чила сво­его завер­ше­ния.

Уди­ви­тель­ный талант Г.Л. Шнир­мана как кон­струк­тора «божьей мило­стью» осо­бенно ярко про­явился в про­цессе созда­ния авто­ма­ти­че­ского осцил­ло­графа-уни­кума, уста­нав­ли­вав­ше­гося в тор­педе и слу­жив­шего для изу­че­ния работы всех ее меха­низ­мов в момент удара о цель.

В 1960 году в Женеве, на I меж­ду­на­род­ном сове­ща­нии по запре­ще­нию ядер­ных испы­та­ний в Женеве англи­чане и аме­ри­канцы, осно­вы­ва­ясь на дан­ных своих учё­ных, утвер­ждали, что кон­троль над под­зем­ными ядер­ными испы­та­ни­ями невоз­мо­жен — сей­сми­че­ские при­боры не могли раз­ли­чать коле­ба­ния от есте­ствен­ных под­зем­ных толч­ков и коле­ба­ния от взры­вов в под­зем­ных бун­ке­рах. Именно Г.Л. Шнир­ман в своём докладе пред­ло­жил настолько фун­да­мен­таль­ную мето­дику кон­троля над ядер­ным взры­вом, что сове­ща­нием оно было при­знано опти­маль­ным. Так две сверх­дер­жавы, у кото­рых было оди­на­ко­вое ору­жие, полу­чили воз­мож­ность кон­тро­ли­ро­вать друг друга.

Реа­ли­зуя эту мето­дику, Г.Л. Шнир­ман стал созда­вать систему кон­троля ядер­ных взры­вов. В конце 60-х и начале 70-х годов он раз­ра­ба­ты­вает серию эпи­цен­траль­ных сей­сми­че­ских стан­ций ЭСС-1, ЭСС-У, ЭСС-УМ и авто­ма­ти­че­скую сей­сми­че­скую стан­цию АСС. А в начале 80-х гг. им созда­ется сква­жин­ный длин­но­пе­ри­од­ный вер­ти­каль­ный сей­смо­при­ем­ник СДС.

Помимо науч­ной работы в ИХФ, в тече­ние 30 лет Геор­гий Льво­вич пре­по­да­вал в веду­щих инсти­ту­тах Москвы: МВТУ, Физико-тех­ни­че­ском инсти­туте, МИФИ, читая спец­курсы. Он вос­пи­тал несколько поко­ле­ний спе­ци­а­ли­стов высо­кого класса в обла­сти при­бо­ро­стро­е­ния. Среди его уче­ни­ков много док­то­ров и кан­ди­да­тов наук.

Док­тор тех­ни­че­ских наук (1956 г.), про­фес­сор, Заслу­жен­ный дея­тель науки РСФСР Г.Л. Шнир­ман был неод­но­кратно удо­стоен государ­ствен­ных наград. Он кава­лер орде­нов: Ленина (1949 г., 1956 г.), Крас­ной звезды (1945 г.) и «Знак Почета» (1953 г.), четы­ре­жды лау­реат Ста­лин­ской пре­мии (1946 г., 1949 г., 1951 г., 1953 г.).

Г.Л. Шнир­ман умер 6 января 1993 года, не уходя на пен­сию. Послед­ний раз Геор­гий Льво­вич при­шел в инсти­тут 30 декабря 1992 года — он при­нес только что закон­чен­ную ста­тью.

Литература

Шнирман Г. Л. Аппаратурные наблюдения
: Избр. труды / [Гл. ред. д.т.н. Башилов И.П.] Рос. акад. наук, Объед. ин-т физики Земли им. О.Ю. Шмидта. - М. : ОИФЗ, 2003. - 304 с., [1] л. портр. : ил. 
 
Башилов И. П. Георгий Львович Шнирман — создатель быстродействующих приборов
// Шнирман Г. Л. Аппаратурные наблюдения. — 2003. — С. 3—8.