ГлавнаяПерсоналии → Гаврилов В. Ю.

Гаврилов Виктор Юлианович(1918—1973)

физик, вид­ный участ­ник совет­ского атом­ного про­екта, к.ф.-м.н., инже­нер-майор. Один из осно­ва­те­лей Инсти­тута моле­ку­ляр­ной гене­тики РАН. Лау­реат Ста­лин­ской пре­мии (1951, 1953).

Вик­тор Юли­а­но­вич Гав­ри­лов родился 3 марта 1918 года в Пет­ро­граде в семье гор­ного инже­нера Гусар­ского Юли­ана Юли­а­но­вича, дво­ря­нина. Его дет­ство запом­ни­лось тяже­лым и голод­ным.

С 14 лет, школь­ни­ком, Вик­тор Юли­а­но­вич в лет­ние кани­кулы систе­ма­ти­че­ски устра­и­вался на вре­мен­ную работу, – как мог, ста­рался помочь матери. Несмотря на житей­ские труд­но­сти, учеба дава­лась легко. В 1935 году Вик­тор хорошо окон­чил школу, (9 клас­сов), по июнь 1936 года рабо­тал тех­но­ло­гом в цехе три­ко­таж­ных машин завода им. М. Гельца в г. Ленин­граде. С 1936 года В.Ю. Гав­ри­лов – сту­дент меха­нико-мате­ма­ти­че­ского факуль­тета Ленин­град­ского государ­ствен­ного уни­вер­си­тета. В 1941 году он окон­чил его с отли­чием, полу­чив спе­ци­аль­ность аст­ро­фи­зика, рабо­тал у аст­ро­фи­зика Лебе­дин­ского.

В самом начале войны В.Ю. Гав­ри­лов вме­сте с одно­класс­ни­цей и буду­щей женой В.А. Клей­н­ман запи­са­лись доб­ро­воль­цами в народ­ное опол­че­ние. Однако их дороги вре­менно разо­шлись. Вера с опол­че­нием попала на фронт, про­шла доро­гами войны до побед­ного мая. Вик­тора при­звали в армию и напра­вили на учебу в Ленин­град­скую инже­нерно-авиа­ци­он­ную ака­де­мию им. А.А. Жда­нова. Вме­сте с ака­де­мией он эва­ку­и­ро­вался в город Йош­кар-Олу. После окон­ча­ния ака­де­мии в 1946 году он пре­по­да­вал в Ленин­граде в ака­де­мии на кафедре тео­ре­ти­че­ской меха­ники.

В 1947 году по реко­мен­да­ции Ю.А. Зысина, сотруд­ника И.В. Кур­ча­това, знав­шего Гав­ри­лова с дет­ства, Вик­тор Юли­а­но­вич был направ­лен на работу на вновь созда­ва­е­мый объ­ект – КБ-11 (г. Арза­мас-16) в тео­ре­ти­че­ский отдел. В тече­ние корот­кого пери­ода он воз­глав­лял группу экс­пе­ри­мен­та­то­ров на уста­новке ФКБН (физи­че­ский котел на быст­рых ней­тро­нах). Это была довольно свое­об­раз­ная уста­новка, состо­яв­шая в основ­ном из двух поло­ви­нок атом­ного заряда, раз­де­лен­ных про­клад­ками (дистан­ци­он­ными коль­цами). Она слу­жила для изме­ре­ния ядер­ных свойств раз­ных мате­ри­а­лов. В цен­тре заряда в спе­ци­аль­ной поло­сти поме­ща­лись ней­трон­ный источ­ник и иссле­ду­е­мое веще­ство. Под­би­рая тол­щину про­кла­док, можно было добиться зна­чи­тель­ного уси­ле­ния в резуль­тате цеп­ной реак­ции выхо­дя­щего наружу ней­трон­ного потока. С её помо­щью опре­де­ля­лась кри­тич­ность раз­ра­ба­ты­ва­е­мых систем, уточ­ня­лись ней­тронно-физи­че­ские кон­станты ядер­ных и кон­струк­ци­он­ных мате­ри­а­лов.

За вклад в созда­ние пер­вой совет­ской атом­ной бомбы РДС-1 поста­нов­ле­нием Совета Мини­стров СССР от 16.05.50 г. В.Ю. Гав­ри­лов был награж­ден денеж­ной пре­мией.

В 1953 году В.Ю. Гав­ри­лов участ­во­вал в испы­та­нии пер­вого совет­ского тер­мо­ядер­ного заряда РДС-6с. Уже тогда было известно, что при назем­ных взры­вах воз­ни­кают явле­ния радио­ак­тив­ного «следа», но никто не поду­мал, что при очень мощ­ном взрыве, кото­рый ожи­дался, этот «след» вый­дет далеко за пре­делы поли­гона и создаст опас­ность для здо­ро­вья и жизни мно­гих тысяч людей. На эту опас­ность ука­зал Вик­тор Юли­а­но­вич Гав­ри­лов. Для про­яс­не­ния ситу­а­ции было создано несколько групп, и через пару дней полу­чены необ­хо­ди­мые оценки при­ме­ни­тельно к усло­виям испы­та­ния. Руко­вод­ству сле­до­вало сде­лать выбор: либо отме­нить назем­ное испы­та­ние, перейти к воз­душ­ному вари­анту, либо осу­ще­ствить эва­ку­а­цию насе­ле­ния в угро­жа­е­мом сек­торе. Был при­нят вари­ант эва­ку­а­ции.

В КБ-11 во время экс­пе­ри­мента по вине одного из сотруд­ни­ков на уста­новке ФКБН про­изо­шла ава­рия, к сча­стью без чело­ве­че­ских жертв, но мате­ри­аль­ные потери и все­об­щий испуг были велики. В.Ю. Гав­ри­лову при­шлось уйти с объ­екта на работу в Мини­стер­ство сред­него маши­но­стро­е­ния.

После при­ня­тия пра­ви­тель­ством СССР реше­ния о созда­нии нового атом­ного объ­екта на Урале – НИИ-1011 (РФЯЦ ВНИИТФ) – В.Ю. Гав­ри­лов был при­гла­шен туда в каче­стве началь­ника физи­че­ского сек­тора, при­каз о созда­нии кото­рого под­пи­сал началь­ник 5-го ГУ Н.И. Пав­лов 7 мая 1955 года. Тогда же было утвер­ждено штат­ное рас­пи­са­ние сек­тора. В.Ю. Гав­ри­лов при­нял актив­ней­шее уча­стие в фор­ми­ро­ва­нии кол­лек­ти­вов физи­ков-тео­ре­ти­ков и физи­ков-экс­пе­ри­мен­та­то­ров для под­раз­де­ле­ний нового НИИ. Он стал пер­вым началь­ни­ком физи­че­ского сек­тора и заме­сти­те­лем науч­ного руко­во­ди­теля НИИ-1011. В дале­ком 1955 году на его плечи легли мно­го­чис­лен­ные заботы: под­бор и ком­плек­то­ва­ние кад­рами одного из пер­вых под­раз­де­ле­ний инсти­тута, под­го­товка про­из­вод­ствен­ных и жилых поме­ще­ний для работы и жизни спе­ци­а­ли­стов, реше­ние мно­гих про­из­вод­ствен­ных и хозяй­ствен­ных вопро­сов орга­ни­за­ци­он­ного пери­ода.

Костяк сек­тора соста­вили сотруд­ники, пере­шед­шие в новый НИИ из КБ-11 и Объ­еди­нен­ного инсти­тута ядер­ных иссле­до­ва­ний (г. Дубна Мос­ков­ской обла­сти). С каж­дым при­ни­ма­е­мым на работу в физи­че­ский сек­тор В.Ю. Гав­ри­лов бесе­до­вал лично.

Среди них были моло­дые, но уже внес­шие опре­де­лен­ный вклад в ста­нов­ле­ние и раз­ви­тие атом­ной отрасли, спе­ци­а­ли­сты. Вик­тор Юли­а­но­вич, будучи эру­ди­том и хоро­шим орга­ни­за­то­ром, пони­мал, что сотруд­ники сек­тора собраны из раз­ных мест и раньше зани­ма­лись раз­лич­ными научно-тех­ни­че­скими вопро­сами, а поэтому зна­ния их весьма «раз­но­шерстны». Чтобы создать свое­об­раз­ную стар­то­вую пло­щадку для работ нового направ­ле­ния, он про­чел для веду­щих сотруд­ни­ков сек­тора целый цикл лек­ций по при­клад­ным вопро­сам ядер­ной физики. Такие систе­ма­ти­зи­ро­ван­ные зна­ния очень при­го­ди­лись моло­дым физи­кам-ядер­щи­кам.

По ини­ци­а­тиве В.Ю. Гав­ри­лова были орга­ни­зо­ваны пять основ­ных отде­лов сек­тора, кото­рые про­во­дили необ­хо­ди­мые иссле­до­ва­ния, обес­пе­чи­вая тема­ти­че­ские работы НИИ-1011. Осо­бую труд­ность пред­став­ляло собой то обсто­я­тель­ство, что от Лабо­ра­то­рии «Б», рас­фор­ми­ро­ван­ной при созда­нии нового НИИ, оста­лись ста­рые и непри­спо­соб­лен­ные для работы сек­тора поме­ще­ния: основ­ной кор­пус, неболь­шие про­из­вод­ствен­ные зда­ния, вива­рий и инга­ля­тор. Рабо­чих рук для их ремонта не хва­тало. В.Ю. Гав­ри­лов пред­ло­жил ремон­ти­ро­вать и бла­го­устра­и­вать поме­ще­ния сво­ими силами. Его пред­ло­же­ние под­дер­жали. Создали бригады плот­ни­ков, шту­ка­ту­ров, маля­ров, и к началу сен­тября 1955 года все поме­ще­ния были при­ве­дены в поря­док.

Экс­пе­ри­мен­таль­ная база физи­че­ского сек­тора, необ­хо­ди­мая для изу­че­ния про­цес­сов, про­ис­хо­дя­щих при ядер­ном взрыве, и для моде­ли­ро­ва­ния этих про­цес­сов в лабо­ра­тор­ных усло­виях, состо­яла, в основ­ном, из уста­но­вок и при­бо­ров, при­ве­зен­ных из Арза­маса-16 и Дубны. Необ­хо­димо было их смон­ти­ро­вать и запу­стить в работу. В то время пред­при­я­тия и инсти­туты страны не изго­тав­ли­вали уста­но­вок и при­бо­ров, необ­хо­ди­мых для про­во­див­шихся в инсти­туте физи­че­ских иссле­до­ва­ний, ввиду их спе­ци­фич­но­сти и уни­каль­но­сти. Поэтому основ­ной зада­чей физи­че­ского сек­тора в те годы были раз­ра­ботка и созда­ние соб­ствен­ными силами ядерно-физи­че­ских уста­но­вок и при­бо­ров, необ­хо­ди­мых как для реги­стра­ции пара­мет­ров ядер­ного взрыва при ядер­ных испы­та­ниях, так и для моде­ли­ро­ва­ния излу­че­ния ядер­ного взрыва, изу­че­ния вза­и­мо­дей­ствия гамма-, ней­трон­ного и рент­ге­нов­ского излу­че­ний с мате­ри­а­лами, вхо­дя­щими в кон­струк­цию ядер­ных бое­при­па­сов и дру­гих средств воору­же­ний и воен­ной тех­ники.

Право на суще­ство­ва­ние любой атом­ный заряд при­об­ре­тал только после испы­та­ний на поли­гоне с мно­го­чис­лен­ными и очень тон­кими изме­ре­ни­ями. Поэтому физи­че­ские опыты с опре­де­ле­нием кон­стант веще­ства, пре­дель­ных усло­вий раз­го­ра­ния, стой­ко­сти к пора­жа­ю­щим фак­то­рам и т.д., кото­рые выпол­нял кол­лек­тив физи­ков-экс­пе­ри­мен­та­то­ров во главе с В.Ю. Гав­ри­ло­вым и Ю.А. Зыси­ным, имели боль­шое зна­че­ние.

Одним из глав­ных инстру­мен­тов, исполь­зо­вав­шихся на пер­вом этапе раз­ра­ботки ядер­ных заря­дов, снова стала уста­новка ФКБН. За основу уста­новки был взят котел, создан­ный в Арза­масе-16, но его кон­струк­ция была суще­ственно усо­вер­шен­ство­вана сотруд­ни­ками кон­струк­тор­ского отдела физи­че­ского сек­тора. Меха­ни­че­ский стенд, пульт управ­ле­ния, боль­шин­ство при­бо­ров системы управ­ле­ния и защиты были изго­тов­лены силами неболь­шой меха­ни­че­ской мастер­ской и кол­лек­ти­вами отде­лов. Отделу уско­ри­тель­ных уста­но­вок пред­сто­яло также создать мощ­ные гене­ра­торы с энер­гией ней­тро­нов 14 МэВ.

Для раз­ме­ще­ния ФКБН вес­ной 1955 года по тех­ни­че­скому зада­нию В.Ю. Гав­ри­лова было начато про­ек­ти­ро­ва­ние, а затем и стро­и­тель­ство неболь­шого зда­ния в трех кило­мет­рах от жилого поселка Сун­гуль в рай­оне, назы­ва­е­мом Пла­то­ни­хой. В 1957 году это зда­ние с залом, пуль­то­вой и несколь­кими лабо­ра­тор­ными ком­на­тами было постро­ено. Уже в марте 1958 года на ФКБН были выпол­нены пер­вые крит­мас­со­вые экс­пе­ри­менты. К концу 1958 года отдел зара­бо­тал в пол­ную силу, и лич­ный вклад В.Ю. Гав­ри­лова в это трудно пере­оце­нить.

Очень оба­я­тель­ный, общи­тель­ный, отзыв­чи­вый, В.Ю. Гав­ри­лов инте­ре­со­вался и вни­кал во все вопросы, касав­ши­еся жизни сек­тора, знал, кажется, каж­дого сотруд­ника. Никто не ухо­дил от него, не полу­чив обсто­я­тель­ного ответа, дель­ного совета. За непро­дол­жи­тель­ный период в три с неболь­шим года он создал силь­ный кол­лек­тив физи­ков-экс­пе­ри­мен­та­то­ров, радио­хи­ми­ков, инже­не­ров, тех­ни­ков и рабо­чих, спо­соб­ный решать слож­ней­шие задачи. На этом фун­да­менте впо­след­ствии вырос мощ­ный науч­ный кол­лек­тив, внес­ший весо­мый вклад в совер­шен­ство­ва­ние тер­мо­ядер­ного ору­жия.

Руко­вод­ство Мини­стер­ства неод­но­кратно направ­ляло В.Ю. Гав­ри­лова в Китай, где он читал свои заме­ча­тель­ные лек­ции по ней­трон­ной и ядер­ной физике для китай­ских спе­ци­а­ли­стов. В 1958 году В.Ю. Гав­ри­лов успешно защи­тил дис­сер­та­цию, став кан­ди­да­том физико-мате­ма­ти­че­ских наук.

В 1957 году, в связи с откры­тием наслед­ствен­ного веще­ства ДНК, в Инсти­туте атом­ной энер­гии в Москве про­хо­дил семи­нар, на кото­ром было отме­чено тяже­лое поло­же­ние нашей науки в вопро­сах гене­тики. По пред­ло­же­нию И.Е. Тамма и И.В. Кур­ча­това в про­ти­во­вес офи­ци­аль­ному лысен­ко­изму было решено создать «под кры­лыш­ком» физи­ков-атом­щи­ков отдел радио­ло­ги­че­ской био­ло­гии для изу­че­ния вопро­сов гене­тики на моле­ку­ляр­ном уровне. В 1959 году по реко­мен­да­ции И.Е. Тамма В.Ю. Гав­ри­лов был назна­чен началь­ни­ком вновь создан­ного в Инсти­туте атом­ной энер­гии отдела радио­ло­ги­че­ской био­ло­гии, кото­рый впо­след­ствии вырос в само­сто­я­тель­ный Инсти­тут моле­ку­ляр­ной гене­тики РАН.

В ста­нов­ле­нии инсти­тута гене­тики и направ­ле­ний его дея­тель­но­сти В.Ю. Гав­ри­лов сыг­рал выда­ю­щу­юся роль. В.Ю. Гав­ри­лов увле­кался новым направ­ле­нием в науке – моле­ку­ляр­ной био­ло­гией – еще будучи началь­ни­ком физи­че­ского сек­тора НИИ-1011. С боль­шой энер­гией он взялся за пору­чен­ное ему дело. Он был искренне увле­чен идеей постро­е­ния физи­че­ской кар­тины био­ло­ги­че­ских про­цес­сов, видел огром­ные пер­спек­тивы этой обла­сти науки и счи­тал свою задачу делом государ­ствен­ной важ­но­сти. За срав­ни­тельно корот­кое время он сумел при­влечь к работе в отделе (буду­щем инсти­туте) уче­ных раз­ных спе­ци­аль­но­стей: уцелев­ших от гоне­ний гене­ти­ков, био­ло­гов, мик­ро­био­ло­гов, био­фи­зи­ков, физи­ков, хими­ков широ­кого про­филя… Сумел спло­тить этот раз­но­род­ный кол­лек­тив и напра­вить его на реше­ние ост­рых вопро­сов и основ­ных задач гене­тики.

Велика заслуга В.Ю. Гав­ри­лова и в созда­нии мате­ри­аль­ной базы отдела. В исклю­чи­тельно корот­кое время (всего за два-три года!) были спро­ек­ти­ро­ваны и постро­ены зда­ния и экс­пе­ри­мен­таль­ные мастер­ские буду­щего инсти­тута; про­ве­дено осна­ще­ние самой пере­до­вой, по тому вре­мени, аппа­ра­ту­рой; нала­жено про­из­вод­ство нестан­дарт­ного обо­ру­до­ва­ния и счет­чи­ков излу­че­ний; орга­ни­зо­вано про­из­вод­ство мече­ных био­ло­ги­че­ских пре­па­ра­тов…

Инсти­тут решал и важ­ные народ­но­хо­зяй­ствен­ные задачи. Так, в годы поваль­ного увле­че­ния куку­ру­зой, зна­чи­тель­ное коли­че­ство скота, осо­бенно поро­сят, поги­бало от недо­статка лизина – одной из неза­ме­ни­мых ами­но­кис­лот, почти пол­но­стью отсут­ству­ю­щего в куку­рузе. В инсти­туте был раз­ра­бо­тан мик­ро­био­ло­ги­че­ский спо­соб полу­че­ния лизина, а затем орга­ни­зо­вано его про­мыш­лен­ное про­из­вод­ство в Мол­да­вии для всей страны. Реше­ние этой задачи во мно­гом свя­зано с орга­ни­за­тор­ским талан­том В.Ю. Гав­ри­лова.

Его основ­ной забо­той была сла­жен­ная работа всего кол­лек­тива, в кото­рой он видел и свой успех. Зало­жен­ные им основ­ные направ­ле­ния работы радио­био­ло­ги­че­ского отдела Инсти­тута атом­ной энер­гии живут до сих пор. «Ост­ро­кри­ти­че­ская натура», как о нём отзы­вался А.Д. Саха­ров, он пре­красно умел пре­одоле­вать мно­го­чис­лен­ные бюро­кра­ти­че­ские пре­пят­ствия и при­вле­кал к себе людей всех воз­рас­тов.

Уче­ный, истин­ный пат­риот, чело­век бес­ко­нечно тру­до­лю­би­вый и испол­нен­ный чув­ства долга – таков был В.Ю. Гав­ри­лов.

За боль­шой вклад в укреп­ле­ние обо­ро­но­спо­соб­но­сти нашей страны ему два­жды при­сва­и­ва­лось зва­ние лау­ре­ата Ста­лин­ской пре­мии I и II сте­пени (1951 г., 1953 г.). Он награж­ден орде­ном Ленина (1956 г.) и орде­ном Тру­до­вого Крас­ного Зна­мени (1951 г.), меда­лью «За бое­вые заслуги» (1953 г.).

Вик­тор Юли­а­но­вич Гав­ри­лов умер 22 сен­тября 1973 года в Москве.

Литература

Погребов И. С., Неводничий Н. Н. Гаврилов Виктор Юлианович. [Биография]
// На орбитах памяти: об основателях и созидателях уральского ядерного центра. — 2009. — С. 165—169 
 
Богданова С.Л. Две жизни В. Ю. Гаврилова
// Природа. — 2014, №11. — С. 64–69