ГлавнаяПерсоналии → Емельянов В. С.

Емельянов Василий Семенович(1901—1988)

инже­нер-метал­лург, руко­во­ди­тель Государ­ствен­ного коми­тета по исполь­зо­ва­нию атом­ной энер­гии. Член-кор­ре­спон­дент Ака­де­мии наук СССР. Герой Соци­а­ли­сти­че­ского Труда (1953), лау­реат Ста­лин­ской пре­мии (1942, 1951).

Васи­лий Семе­но­вич Еме­лья­нов родился 12 фев­раля 1901 года в семье плот­ника в г. Хва­лын­ске Сара­тов­ской губер­нии. Затем его отец в поис­ках работы пере­вез семью в посе­лок Бала­ханы под Баку. Здесь Васи­лий Еме­лья­нов рабо­тал в 1914—1918 гг. рас­сыль­ным на неф­те­про­мысле.

Отец, уви­дев у сына тягу к чте­нию, стал поощ­рять его инте­рес к зна­ниям, и Васи­лий смог сдать всту­пи­тель­ный экза­мен на одно из двух бес­плат­ных мест в пер­вом классе реаль­ного учи­лища в Сура­ха­нах, отли­чав­шимся высо­ким уровне пре­по­да­ва­ния, широ­той учеб­ной про­граммы и тре­бо­ва­тель­но­стью к уче­ни­кам. Его учебу опла­чи­вал вла­де­лец неф­те­про­мыс­лов Бен­кен­дорф.

Хотя у Васи­лия Еме­лья­нова рано воз­ник ярко выра­жен­ный инте­рес к мате­ма­тике и есте­ствен­ным нау­кам, пре­по­да­ва­тели помо­гали ему раз­вить склон­но­сти и к гума­ни­тар­ным пред­ме­там. Он любил уроки исто­рии, ста­ра­тельно изу­чал немец­кий и фран­цуз­ский языки. Он стал писать стихи, кото­рые после рево­лю­ции пуб­ли­ко­ва­лись в проф­со­юз­ных газе­тах Баку.

Граж­дан­ская война, в кото­рой Васи­лий Еме­лья­нов с 17 лет при­нял актив­ное уча­стие, сра­жа­ясь в отря­дах Бакин­ской ком­муны, не уга­сила у него тягу к зна­ниям и иссле­до­ва­ниям, раз­вив­шу­юся в реаль­ном учи­лище. Вскоре после уста­нов­ле­ния Совет­ской вла­сти в Баку в 1921 году он выехал на учебу в Москву, в Гор­ную ака­де­мию. И хотя направ­ляв­шие его бакинцы рас­счи­ты­вали, что по окон­ча­нии учебы он вер­нется инже­не­ром-неф­тя­ни­ком, В.С. Еме­лья­нов выбрал метал­лур­гию, кото­рая стала его основ­ной про­фес­сией на всю жизнь.

Еще не закон­чив учеб­ного курса ака­де­мии, В.С. Еме­лья­нов в 1923 году вклю­чился в науч­ную работу под руко­вод­ством про­фес­сора Н.П. Чижев­ского. Затем он стал сотруд­ни­ком лабо­ра­то­рии элек­тро­ме­тал­лур­гии. В этой лабо­ра­то­рии он при­ни­мал уча­стие в экс­пе­ри­мен­таль­ных иссле­до­ва­ниях по созда­нию фер­ро­спла­вов.

Изу­че­ние тайн металла стало глав­ной стра­стью В.С. Еме­лья­нова.

1928—1931 гг. он рабо­тает заве­ду­ю­щим лабо­ра­то­рией ЦНИИ по тех­но­ло­гии маши­но­стро­е­ния, оста­ва­ясь асси­стен­том кафедры элек­тро­ме­тал­лур­гии Мос­ков­ской гор­ной ака­де­мии.

В начале 30-х гг. В.С. Еме­лья­нова коман­ди­ро­вали в Гер­ма­нию по про­грамме науч­ного обмена для изу­че­ния элек­тро­ме­тал­лур­гии и фер­ро­спла­вов. Вме­сте с И.Т. Тево­ся­ном и дру­гими метал­лур­гами он рабо­тал на заво­дах Круппа и дру­гих пред­при­я­тиях Гер­ма­нии, глав­ным обра­зом в городе Эссен. Во время пре­бы­ва­ния в Гер­ма­нии он ста­ра­тельно осва­и­вал новые для него при­емы раз­ливки стали, а также мето­дику про­из­вод­ства высо­ко­ка­че­ствен­ных метал­лов, кото­рые в то время не изго­тов­ля­лись в СССР. Работа на метал­лур­ги­че­ских заво­дах Гер­ма­нии поз­во­лила В.С. Еме­лья­нову не только узнать неве­до­мую прежде тех­но­ло­гию про­из­вод­ства, но и понять мно­гое о свой­ствах раз­лич­ных метал­лов, о кото­рых мало было напи­сано в тео­ре­ти­че­ской лите­ра­туре. Заодно он освоил мето­дику созда­ния раз­лич­ных фер­ро­спла­вов.

Хотя при­ход наци­стов к вла­сти в Гер­ма­нии в 1933 году при­вел к свер­ты­ва­нию, а затем пре­кра­ще­нию про­граммы научно-тех­ни­че­ского обмена с СССР, бога­тый науч­ный и про­из­вод­ствен­ный опыт, полу­чен­ный совет­скими метал­лур­гами на гер­ман­ских заво­дах, был исполь­зо­ван на новых метал­лур­ги­че­ских пред­при­я­тиях, создан­ных в годы пер­вых совет­ских пяти­ле­ток. Раз­ра­бо­тан­ный В.С. Еме­лья­но­вым тех­но­ло­ги­че­ский про­цесс про­из­вод­ства фер­ро­мар­ганца был поло­жен в основу про­екта Запо­рож­ского завода фер­ро­спла­вов.

В мае 1933 года B.C. Еме­лья­нова назна­чили тех­ни­че­ским дирек­то­ром только что постро­ен­ного фер­ро­сплав­ного завода в Челя­бин­ске. Глав­ному инже­неру завода и дру­гим спе­ци­а­ли­стам при­шлось вни­ма­тельно изу­чать всю цепочку тех­но­ло­ги­че­ского про­цесса, прежде чем добиться того, что в 1936 году коли­че­ство брака сни­зи­лось до мини­мума, а завод стал выпол­нять план. Как тех­ни­че­ский дирек­тор B.C. Еме­лья­нов живо откли­кался на рацио­на­ли­за­тор­ские пред­ло­же­ния инже­не­ров и рабо­чих и спо­соб­ство­вал внед­ре­нию их в про­из­вод­ство.

В 1937 году B.C. Еме­лья­нов пере­шел на работу в Москву на долж­ность заме­сти­теля началь­ника Глав­ного управ­ле­ния по научно-иссле­до­ва­тель­ским рабо­там Нар­ко­мата обо­рон­ной про­мыш­лен­но­сти. Здесь глав­ным направ­ле­нием его дея­тель­но­сти стали вопросы созда­ния новых видов брони. B.C. Еме­лья­нову при­хо­ди­лось не раз дока­зы­вать пра­виль­ность своих и под­дер­жи­ва­е­мых им тех­ни­че­ских реше­ний то на поли­гон­ных испы­та­ниях, то на сове­ща­ниях, про­во­див­шихся И.В. Ста­ли­ным в Кремле. Так, он пред­ло­жил изго­тав­ли­вать тан­ко­вые башни не свар­кой, а литьем. Резуль­таты поли­гон­ных испы­та­ний дока­зали пра­виль­ность его идеи. Уже после начала войны, в 1942 году за уча­стие в раз­ра­ботке литых башен для тан­ков Т-34 B.C. Еме­лья­нов полу­чил Ста­лин­скую пре­мию.

В 1940 году B.C. Еме­лья­нов был назна­чен заме­сти­те­лем пред­се­да­теля Коми­тета стан­дар­тов при СНК СССР. Эта работа поз­во­лила ему озна­ко­миться с про­дук­цией самых раз­лич­ных про­из­водств.

После начала войны Коми­тет стан­дар­тов был эва­ку­и­ро­ван в Бар­наул, но B.C. Еме­лья­нов недолго побыл там. В начале осени 1941 года B.C. Еме­лья­нов, оста­ва­ясь фор­мально на работе в Коми­тете стан­дар­тов, полу­чил новое зада­ние. Ему был вру­чен ман­дат за под­пи­сью И.В. Ста­лина, гла­сив­ший, что он, Еме­лья­нов Васи­лий Семе­но­вич явля­ется упол­но­мо­чен­ным Государ­ствен­ного Коми­тета Обо­роны на заводе по про­из­вод­ству тан­ков и что на него «воз­ла­га­ется обя­зан­ность немедля обес­пе­чить пере­вы­пол­не­ние про­граммы по про­из­вод­ству кор­пу­сов тан­ков».

Между тем на ураль­ском заводе, на кото­рый был коман­ди­ро­ван B.C. Еме­лья­нов, только начи­нался мон­таж обо­ру­до­ва­ния для тан­ко­вого про­из­вод­ства. В обыч­ных усло­виях такой мон­таж дол­жен был занять четыре-шесть меся­цев. Он пошел к мон­таж­ни­кам и объ­яс­нил им: «Немцы под Моск­вой. Нужны танки. Нам нужно точно знать, когда будет смон­ти­ро­ван цех». Мон­таж­ники попро­сили два­дцать минут на раз­мыш­ле­ние. Когда B.C. Еме­лья­нов к ним вер­нулся, их бри­га­дир ска­зал: «Рас­по­ря­ди­тесь, чтобы нам несколько лежа­ков поста­вили... Спать не при­дется, отды­хать будем, когда не смо­жем дер­жать в руках инстру­менты. Ска­жите, чтобы еду из сто­ло­вой нам тоже сюда достав­ляли, а то вре­мени много поте­ря­ется. Если сде­ла­ете, что про­сим, то мон­таж закон­чим через сем­на­дцать дней».

Осо­зна­ние смер­тель­ной угрозы, навис­шей над стра­ной, застав­ляло не только тру­диться с исклю­чи­тель­ным физи­че­ским напря­же­нием, но и спо­соб­ство­вало выс­шей моби­ли­за­ции мысли. При совер­шен­ство­ва­нии про­из­вод­ства и кон­струк­ции танка осо­бое вни­ма­ние обра­щали на сла­бые места, кото­рые обна­ру­жи­ва­лись в ходе бое­вых дей­ствий. На завод при­шло сооб­ще­ние, что немцы имели инструк­цию: «Стре­лять в место стыка башни с кор­пу­сом!». При попа­да­нии сна­ряд закли­ни­вал башню, и она не могла вра­щаться. По пред­ло­же­нию B.C. Еме­лья­нова, перед баш­ней закре­пили бро­не­вые детали осо­бой формы, отра­жав­шие сна­ряд, но поз­во­ляв­шие башне вра­щаться.

В конце войны B.C. Еме­лья­нов вер­нулся к работе в Коми­тет стан­дар­тов СССР, став сна­чала заме­сти­те­лем, а затем пред­се­да­те­лем коми­тета.

В апреле 1946 года B.C. Еме­лья­нова назна­чают заме­сти­те­лем началь­ника пер­вого Глав­ного управ­ле­ния при СНК СССР — началь­ни­ком научно-тех­ни­че­ского отдела ПГУ. Управ­ле­ние воз­гла­вил опыт­ный руко­во­ди­тель обо­рон­ных пред­при­я­тий Б.Л. Ван­ни­ков, а его пер­вым заме­сти­те­лем стал быв­ший дирек­тор Маг­ни­то­гор­ского и Нориль­ского ком­би­на­тов А.П. Заве­ня­гин. Вопросы атом­ной физики и рас­щеп­ля­ю­щихся мате­ри­а­лов были для B.C. Еме­лья­нова совер­шенно новым делом, хотя с тех­но­ло­гией про­из­вод­ства урана он впер­вые озна­ко­мился еще будучи сту­ден­том в лабо­ра­то­рии Н.П. Чижев­ского. Однако он знал лишь об исполь­зо­ва­нии этого эле­мента для созда­ния фер­ро­урана, кото­рый одно время при­ме­нялся в США для изго­тов­ле­ния тан­ко­вой брони.

Отве­чая за коор­ди­на­цию научно-иссле­до­ва­тель­ских работ раз­лич­ных учре­жде­ний страны, B.C. Еме­лья­нов посто­янно сотруд­ни­чал с И.В. Кур­ча­то­вым, А.П. Вино­гра­до­вым, Л.А. Арци­мо­ви­чем, А.И. Али­ха­но­вым, В.И. Вексле­ром, И.К. Кико­и­ным, Н.А. Дол­ле­жа­лем, А.П. Алек­сан­дро­вым и дру­гими выда­ю­щи­мися уче­ными страны.

Теперь, когда опуб­ли­ко­вано столько мате­ри­а­лов о дея­тель­но­сти совет­ской раз­ведки по добыче атом­ных сек­ре­тов США, созда­ется впе­чат­ле­ние, что совет­ским уче­ным оста­ва­лось лишь смон­ти­ро­вать бомбу по гото­вым чер­те­жам. Не пре­умень­шая заслуг само­от­вер­жен­ных бой­цов тай­ного фронта и зару­беж­ных дру­зей нашей страны, надо учесть, что созда­ние атом­ного ору­жия в СССР было не только свя­зано с рас­кры­тием сек­рета кон­струк­ции атом­ной бомбы, но потре­бо­вало также созда­ния новых мате­ри­а­лов и новых тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сов, новых при­бо­ров и новых стан­ков, прин­ци­пи­ально новых отрас­лей науки и тех­ники, целых отрас­лей про­из­вод­ства.

Исходя из имев­шихся у них све­де­ний о совет­ском науч­ном, тех­ни­че­ском и про­мыш­лен­ном потен­ци­але, аме­ри­кан­ские иссле­до­ва­тели Джон Ф. Хоге­рон и Элл­су­орт Рэй­монд опуб­ли­ко­вали в 1948 году в жур­нале «Лук» ста­тью «Когда Рос­сия будет иметь атом­ную бомбу». Ста­тья вен­ча­лась выво­дом: «1954 год, видимо, явля­ется самым ран­ним сро­ком, к кото­рому Рос­сия смо­жет... про­из­ве­сти доста­точно плу­то­ния для того, чтобы она могла создать атом­ное ору­жие». Однако уси­лия совет­ских уче­ных, инже­не­ров, тех­ни­ков и рабо­чих опро­ки­нули этот про­гноз; пер­вое успеш­ное испы­та­ние совет­ского атом­ного ору­жия РДС-1 состо­я­лось в авгу­сте 1949 года.

В ходе испы­та­ния РДС-1 B.C. Еме­лья­нов отпра­вился с груп­пой спе­ци­а­ли­стов, чтобы заме­рить уро­вень выпа­де­ния радио­ак­тив­ных осад­ков от атом­ного взрыва по мере про­хож­де­ния радио­ак­тив­ного облака от Семи­па­ла­тин­ского поли­гона на восток. Путь начали с эпи­цен­тра взрыва, а потому на дно машин были поло­жены тол­стые листы свинца. Чтобы не созда­вать паники среди насе­ле­ния, комис­сия была «закон­спи­ри­ро­вана» под видом группы вра­чей, изу­чав­ших рас­про­стра­не­ние бру­цел­леза среди живот­ных. По мере уда­ле­ния от места взрыва радио­ак­тив­ность на земле быстро падала, однако она сохра­ня­лась в пото­ках воз­духа, пере­ме­щав­шихся на восток. Вскоре эти потоки были иссле­до­ваны аме­ри­кан­скими спе­ци­а­ли­стами, кото­рые объ­явили, что в СССР был про­из­ве­ден атом­ный взрыв. Лишь после этих заяв­ле­ний было опуб­ли­ко­вано заяв­ле­ние ТАСС, в кото­ром при­зна­вался факт этого собы­тия.

За уча­стие в созда­нии РДС-1 В.С. Еме­лья­нов был награж­ден орде­ном Ленина.

В 1950 году В.С. Еме­лья­нов защи­тил дис­сер­та­цию, полу­чив уче­ную сте­пень док­тора тех­ни­че­ских наук. После испы­та­ния в авгу­сте 1953 года пер­вой в мире совет­ской тер­мо­ядер­ной бомбы ему было при­сво­ено зва­ние Героя Соци­а­ли­сти­че­ского Труда. В том же году B.C. Еме­лья­нов был избран чле­ном-кор­ре­спон­ден­том АН СССР по Отде­ле­нию тех­ни­че­ских наук (метал­лур­гия).

После орга­ни­за­ции Мин­сред­маша в 1953 году B.C. Еме­лья­нов был назна­чен на долж­ность началь­ника научно-тех­ни­че­ского управ­ле­ния мини­стер­ства, а в 1955 году — заме­сти­те­лем мини­стра сред­него маши­но­стро­е­ния.

В тот период совет­ские иссле­до­ва­ния в обла­сти ядер­ной физики и исполь­зо­ва­ния ядер­ной энер­гии полу­чали все­мир­ное при­зна­ние. Вме­сте с вид­ными иссле­до­ва­те­лями в этой обла­сти Д.И. Бло­хин­це­вым, А.П. Вино­гра­до­вым, Д.В. Ско­бель­ци­ным и дру­гими В.С. Еме­лья­нов при­нял уча­стие в состо­яв­шейся в авгу­сте 1955 года пер­вой Женев­ской кон­фе­рен­ции по про­бле­мам мир­ного исполь­зо­ва­ния атом­ной энер­гии. Осе­нью того же года он отпра­вился в Нью-Йорк на сес­сию Гене­раль­ной ассам­блеи в каче­стве науч­ного совет­ника деле­га­ции СССР в связи с обсуж­де­нием вопроса о меж­ду­на­род­ном сотруд­ни­че­стве в мир­ном исполь­зо­ва­нии атом­ной энер­гии.

Раз­ви­тие меж­ду­на­род­ных свя­зей нашей страны затруд­ня­лось засек­ре­чен­но­стью работ по атом­ной энер­гии. В то же время раз­ви­тие науки насто­я­тельно тре­бо­вало интен­сив­ного меж­ду­на­род­ного обмена науч­ной и тех­ни­че­ской инфор­ма­цией по вопро­сам роли атом­ной энер­гии, типах ядер­ных реак­то­ров для атом­ных стан­ций, исполь­зо­ва­ния радио­ак­тив­ных изо­то­пов в мир­ных целях, хра­не­ния ядер­ных отхо­дов и т.д.

Глав­ным обра­зом, исходя из реше­ния этих задач, из Мини­стер­ства сред­него маши­но­стро­е­ния в 1957 году было выде­лено Глав­ное управ­ле­ние по исполь­зо­ва­нию атом­ной энер­гии (ГУИАЭ). После назна­че­ния 24 июля 1957 года Е.П. Слав­ского мини­стром сред­него маши­но­стро­е­ния началь­ни­ком ГУИАЭ стал В.С. Еме­лья­нов.

В сферу его дея­тель­но­сти вхо­дили атом­ные стан­ции, работы по исполь­зо­ва­нию радио­ак­тив­ных изо­то­пов в народ­ном хозяй­стве, а также меж­ду­на­род­ные связи атом­ной науки и тех­ники. В.С. Еме­лья­нов воз­глав­лял совет­ские деле­га­ции по вопро­сам сотруд­ни­че­ства в атом­ной энер­гии, вхо­дил в состав ряда пра­ви­тель­ствен­ных деле­га­ций, воз­глав­ляв­шихся Н.С. Хру­ще­вым, и при­нял самое актив­ное уча­стие в созда­нии Меж­ду­на­род­ного агент­ства по мир­ному исполь­зо­ва­нию атом­ной энер­гии (МАГАТЭ). 28 мая 1959 года В.С. Еме­лья­нов был назна­чен чле­ном Совета управ­ля­ю­щих МАГАТЭ от Совет­ского Союза.

В тот период под руко­вод­ством Мин­сред­маша и ГУИАЭ особо интен­сивно созда­ва­лась экс­пе­ри­мен­таль­ная база ядер­ной энер­ге­тики в стра­нах соци­а­ли­сти­че­ского лагеря. Прак­ти­че­ски за 4 года в 9 стра­нах были постро­ены опыт­ные ядер­ные реак­торы и осу­ществ­лен их пуск.

Дру­гая группа про­блем каса­лась раз­ви­тия ради­а­ци­он­ной тех­ники и тех­но­ло­гии, а также при­ме­не­ния ради­о­нук­ли­дов и иони­зи­ру­ю­щих излу­че­ний в народ­ном хозяй­стве и меди­цине. В 1958 году поста­нов­ле­нием пар­тии и пра­ви­тель­ства перед ГУИАЭ была постав­лена задача зна­чи­тельно рас­ши­рить про­из­вод­ство изо­то­пов и соеди­не­ний из них, а также источ­ни­ков излу­че­ния. Для этого на Заводе № 817 (ПО «Маяк») был построен завод радио­ак­тив­ных изо­то­пов, пер­вая оче­редь кото­рого была вве­дена в экс­плу­а­та­цию в 1960 году.

Реор­га­ни­за­ция ГУИАЭ нача­лась с выхода 1 июня 1960 года рас­по­ря­же­ния пред­се­да­теля СМ СССР Н.С. Хру­щева, в кото­ром пред­пи­сы­ва­лось: «Пору­чить т. Еме­лья­нову В.С. пред­ста­вить про­ект поло­же­ния о Государ­ствен­ном коми­тете Совета мини­стров СССР по исполь­зо­ва­нию атом­ной энер­гии и пред­ло­же­ния по его струк­туре и шта­там...». 25 авгу­ста 1960 года было утвер­ждено поло­же­ние о ГКИАЭ.

Пред­се­да­тель ГКИАЭ В.С. Еме­лья­нов в тот период при­ла­гал много уси­лий для рас­ши­ре­ния свя­зей между инсти­ту­тами ГКИАЭ и орга­ни­за­ци­ями стран содру­же­ства. Так, среди мате­ри­а­лов, пере­дан­ных в руки иссле­до­ва­те­лей зару­беж­ных стран, фигу­ри­ро­вал плу­то­ний в виде метал­ли­че­ских слит­ков, уран раз­лич­ного обо­га­ще­ния, торий и его соеди­не­ния, три­тий и пр.

В самый напря­жен­ный период работы Государ­ствен­ного коми­тета В.С. Еме­лья­нов был отстра­нен от обя­зан­но­стей пред­се­да­теля и пере­ве­ден заме­сти­те­лем руко­во­ди­теля ГКИАЭ. Пред­се­да­те­лем Гос­ко­ми­тета 14 фев­раля 1962 года был назна­чен А.М. Пет­ро­сьянц.

Поста­нов­ле­нием СМ СССР от 23 сен­тября 1963 года созда­ются посто­ян­ные комис­сии Совета Эко­но­ми­че­ской вза­и­мо­по­мощи (СЭВ), в том числе посто­ян­ная комис­сия СЭВ по исполь­зо­ва­нию атом­ной энер­гии в мир­ных целях. В.С. Еме­лья­нов назна­ча­ется заме­сти­те­лем руко­во­ди­теля.

Одновре­менно с меж­ду­на­род­ной дея­тель­но­стью В.С. Еме­лья­нов не пре­кра­щал науч­ной работы. С 1948 года он стал вести пре­по­да­ва­тель­скую и научно-иссле­до­ва­тель­скую работу в Мос­ков­ском инже­нерно-физи­че­ском инсти­туте (МИФИ), где был заве­ду­ю­щим кафед­рой. В 1956 году три мате­ри­а­ло­вед­че­ские кафедры (спец­ме­тал­лур­гии, спец­ме­тал­ло­ве­де­ния, физики твер­дого тела) были объ­еди­нены в еди­ную кафедру, кото­рую В.С. Еме­лья­нов воз­глав­лял до 1984 года. С 1984 года и до послед­них дней жизни Васи­лий Семе­но­вич был про­фес­со­ром кафедры метал­лур­гии и метал­ло­ве­де­ния МИФИ. Под руко­вод­ством В.С. Еме­лья­нова в лабо­ра­то­рии при кафедре чистых метал­лов стали полу­чать уни­каль­ные образцы ред­ко­зе­мель­ных эле­мен­тов, создан­ных путем их кри­стал­ли­за­ции в ваку­ум­ной среде.

Одновре­менно раз­ра­ба­ты­ва­лись кон­струк­ции про­мыш­лен­ных реак­то­ров для полу­че­ния пла­стич­ного цир­ко­ния, реа­ли­зо­ван­ные затем на Мос­ков­ском заводе поли­ме­тал­лов и Чепец­ком меха­ни­че­ском заводе в г. Гла­зове. Иодид­ный метод стал при­ме­няться и для про­из­вод­ства титана, гаф­ния, хрома и вана­дия. Ито­гом работ по иодид­ной метал­лур­гии, создан­ной в СССР по ини­ци­а­тиве В.С. Еме­лья­нова, яви­лось созда­ние атом­ных под­вод­ных лодок с тита­но­выми кор­пу­сами и дви­га­те­лями из цир­ко­ния, бал­ли­сти­че­ских ракет, кос­ми­че­ских аппа­ра­тов и оби­та­е­мых орби­таль­ных стан­ций.

Зани­ма­ясь нау­кой, В.С. Еме­лья­нов нико­гда не замы­кался в рам­ках про­фес­сио­наль­ной дея­тель­но­сти. Он обла­дал огром­ной любо­зна­тель­но­стью и спо­соб­но­стью увле­каться самыми раз­лич­ными пред­ме­тами. Он увлекся выра­щи­ва­нием роз и на даче создал кол­лек­цию этих каприз­ных цве­тов. Он долго был страст­ным соби­ра­те­лем гри­бов и до позд­ней осени ездил в извест­ные лишь ему гриб­ные места.

Ини­ци­а­тив­ная натура В.С. Еме­лья­нова нередко натал­ки­ва­лась на кос­ный бюро­кра­тизм, а сохра­нив­ши­еся у него с юно­сти роман­ти­че­ский иде­а­лизм и непри­язнь к жест­ким иерар­хи­че­ским поряд­кам, за кото­рые И.В. Кур­ча­тов шут­ливо назы­вал его «крас­ным пар­ти­за­ном», не поз­во­ляли ему понять карье­ризм ряда своих сослу­жив­цев. Веро­ятно, поэтому он ушел на пен­сию срав­ни­тельно рано, по тогдаш­ним мер­кам, для лиц, зани­мав­ших высо­кие адми­ни­стра­тив­ные посты. С декабря 1965 года В.С. Еме­лья­нов — пер­со­наль­ный пен­си­о­нер союз­ного зна­че­ния.

Однако после сво­его ухода с поста заме­сти­теля пред­се­да­теля ГКИАЭ В.С. Еме­лья­нов не пре­кра­тил актив­ной дея­тель­но­сти. Он про­дол­жал вести науч­ные иссле­до­ва­ния и пре­по­да­вал в МИФИ, активно сотруд­ни­чал в Выс­шей атте­ста­ци­он­ной комис­сии и науч­ном совете Государ­ствен­ного коми­тета по науке и тех­ники. Его авто­ри­тет в мире уче­ных-атом­щи­ков и его обшир­ные меж­ду­на­род­ные связи спо­соб­ство­вали тому, что во время 4-й Женев­ской кон­фе­рен­ции по вопро­сам исполь­зо­ва­ния атом­ной энер­гии, состо­яв­шейся в 1967 году, он был избран ее пред­се­да­те­лем.

Одновре­менно он участ­во­вал в меж­ду­на­род­ной обще­ствен­ной дея­тель­но­сти уче­ных. Он был актив­ным чле­ном Совет­ского коми­тета защиты мира и раз­лич­ных обще­ствен­ных орга­ни­за­ций, высту­пав­ших за разору­же­ние. В 1966—1988 гг. В.С. Еме­лья­нов являлся пред­се­да­те­лем Комис­сии АН СССР по науч­ным про­бле­мам разору­же­ния, чле­ном Гос­ко­ми­тета СМ СССР по науке и тех­нике.

В.С. Еме­лья­нов при­ни­мал уча­стие в Пагу­ош­ском дви­же­нии уче­ных. На еже­год­ных кон­фе­рен­циях в рам­ках этого дви­же­ния про­ис­хо­дил поиск выхода из мно­гих ост­рых миро­вых про­блем, кото­рые либо зашли в тупик, либо не вос­при­ни­ма­лись обще­ствен­ным мне­нием как акту­аль­ные.

В.С. Еме­лья­нов — два­жды лау­реат Ста­лин­ской пре­мии (1942 г., 1951 г.), награж­ден 4 орде­нами Ленина, орде­ном Октябрь­ской рево­лю­ции и 4 орде­нами Тру­до­вого Крас­ного Зна­мени, меда­лями.

В.С. Еме­лья­нов умер 27 июля 1988 года.

Литература

Емельянов В.С., Проблемы нераспространения ядерного оружия.
— М. : Наука, 1981. — 90 с. — (Международный мир и разоружение ; Вып. 5). — Библиогр. в примеч.: с. 86-89 
 
Емельянов В.С., О науке и цивилизации : Воспоминания, мысли и размышления ученого.
— М. : Мысль, 1986. — 238, [1] с., [16] л. ил. 
 
Емельянов В.С., С чего начиналось.
— Москва : Сов. Россия, 1979. — 314 с. : ил. 
 
Емельянов В.С., О времени, о товарищах, о себе
: [Воспоминания / Предисл. А.И. Микояна]. — 2-е изд.. — [Москва : Сов. Россия, 1974]. — 574 с., 20 л. ил. — ([Годы и люди]) 
 
Емельянов В.С., На пороге войны.
— Москва : Сов. Россия, 1971. — 235 с., 8 л. ил. — (Годы и люди) 
 
Емельянов В.С., Таким я его знал.
// Воспоминания об Игоре Васильевиче Курчатове . — М : Наука, 1988. — С. 187–225. 
 
Богуненко Н. Н., Пелипенко А. Д., Соснин Г. А. Емельянов Василий Семёнович
// Герои атомного проекта. — Саров: Росатом, 2005. — С. 136—137. 
 
Емельянов В.С., Международное сотрудничество по мирному использованию атомной энергии
// Советская атомная наука и техника : [сб. статей] / Пред. ред. коллегии К. И. Щелкин. — Москва : Атомиздат, 1967. — С. 372–390. 
 
Емельянов В.С., [Воспоминания о В. Г. Хлопине]
// Академик В. Г. Хлопин : очерки, воспоминания современников. — Л.: Наука, 1987. — С. 142–145. 
 
Емельянов В.С., Будущее атомной энергетики СССР
// Атомная энергия. — Том 5, вып. 3. — 1958. — С. 217–222.